М.Ф. Прохоров.

Источники по истории крестьянства Ростовского уезда середины XVIII века

По истории крепостного крестьянства Ростовского уезда середины XVIII в. сохранился обширный корпус письменных источников. Основная масса этой документации сосредоточена в РГАДА, РГВИА, РГИА (г. Санкт-Петербург), а также в рукописных отделах ГИМ, РГБ (г. Москва) и РНБ (г. Санкт-Петербург).

Источники отложились как в государственных учреждениях (Сенат и его учреждения, коллегии, Московская губернская, Переяславль-Залесская и Ростовская воеводская канцелярии), так и в архивных коллекциях (например, собрание документов Госархива), и в материалах вотчинных архивов помещиков (Шереметевых, Куракиных, Голицыных и др.).

Весь комплекс письменных источников по истории крестьянства Ростовского уезда за середину XVIII в. можно условно подразделить на ряд больших групп: 1) экономико-статистические и географические; 2) актовые; 3) судебно-следственные; 4) вотчинные.

Первая группа источников представлена разнообразными по своему составу и содержанию документами - анкетами, ведомостями, экономическими описаниями и обозрениями.

Одним из первых массовых и сводных источников официального происхождения являются хозяйственные анкеты 1760-х годов по Переяславль-Залесской провинции, в состав которой входил Ростовский уезд. В архивах сохранились Шляхетская и Академическая анкеты 1760-го года, а также анкета Вольного экономического общества 1765 г. и Сената 1767 г.1. В указанных анкетах приводятся сведения об экономическом и географическом положении местного края, почвенно-климатических условиях, системе земледелия и сельскохозяйственных орудиях, распространении отдельных злаковых культур, торговле, животноводстве, промысловой деятельности крестьян, отходничестве, размерах повинностей и быте населения. Судя по документам, сельские жители Ростовского уезда "по большей части упражняются не столько земледелием, сколько в своих промыслах".

Ценная информация о развитии товарных отношений содержится в ведомости о "торговых селах" Ростовского уезда, датируемая 1766 г.2. В ней собраны сведения о том, "где бывают торги или годовые съезды, какого звания люди по большей части на оные торги приезжают, и с какими товарами торгуют". Из документа следует, что годовые ярмарки были в селах Великое, Ильинское, Ивашово и при Борисоглебском монастыре. Как правило, ярмарки открывались весной и летом, на них съезжались купцы из Ростова, Ярославля, Переяславль-Залесского и Москвы, ассортимент товаров здесь был разнообразным - от текстильных изделий до предметов крестьянского обихода. В уезде действовали и еженедельные торги в селах Вощажниково, Ильинское, Осенево, Гари, Угодичи, Васильевское. Поречье и др.

В связи с подготовкой "географического лексикона" Российской империи московская администрация в 1775 - 1776 гг. подготовила сводное описание городов Московской губернии, в том числе и по Ростовскому уезду3. В описании приводятся данные о численности и социальном составе городского и сельского населения, о состоянии земледелия, ремела и торговли. О широком распространении в уезде дворянского землевладения свидетельствуют данные о том, что здесь числились 33 княжеские и 2 графские фамилии, а также насчитывалось более 400 дворян.

Важное место в плане изучения социально-экономического положения Ростовского уезда занимают "Экономические примечания", датируемые 1772 г4. В них содержатся разнообразные экономико-географические сведения по каждому населенному пункту, в том числе приводятся такие данные, как численность населения, их промысловые и сельскохозяйственные занятия, обеспеченность земледельческими угодьями, выполнение владельческих повинностей. Подсчитано, что на каждую ревизскую душу денежный оброк колебался от двух до трех рублей. Оплата повинностей шла за счет интенсивного вовлечения сельского населения в товарно-денежные отношения; на рынок крестьяне поставляли результаты своего труда - полотно, лен, холст, дрова, фураж и т. п.

О распространении в Ростовском уезде различных форм повинностей позволяют судить ведомости 1766 г. о численности барщинных и оброчных крестьян, подготовленные по специальному запросу генерал-прокурора Сената А.А. Вяземского5. Как видно из источника, в уезде преобладающее положение занимали оброчные владения, в них числилось 62,7% от всех крестьян, в то время как в барщинных, всего лишь 37,3%.

Среди материалов демографического учета в первую очередь следует выделить сводные перечневые ведомости. В них содержатся поуездные сведения о численности и составе податного населения Ростовского уезда. Сохранились генеральные ведомости за 1765 - 1767 гг.6 Подсчитано, что более половины всех жителей уезда составляли помещичьи крестьяне (82389 душ, или 54,7%), далее следовали монастырские (экономические) - 56 182 душ, или 37,3%.

Интересные данные о размерах и типах владений по числу живущих в них крестьян приведены в сводной ведомости 1765 - 1766 гг. о душевладении помещиков Ростовского уезда7. Выяснено, что по уезду числилось 423 помещика, каждый из которых в среднем владел 94 душами мужского пола.

История крестьянства Ростовского уезда достаточно полно нашла отражение в актовых материалах, то есть в документах частноправового характера. По своему составу и содержанию они очень разнообразны: подрядные, жилые, избные, заемные, кортомные и др.8 В этих актах освещаются такие вопросы крестьянского хозяйства, как поземельные арендные отношения, участие в предпринимательской деятельности и торговле, в формировании рынка рабочей силы и т. д. Указанные документы различались лишь по предмету сделки. В частности, подрядные записи фиксировали сделки на поставку материалов гужевым транспортом. Жилые записи регистрировали договоры по найму на промышленные предприятия, торговые заведения, "струговую и домовую" работы. В избных и кортомных книгах фиксировались акты на сдачу в аренду постоялых дворов, харчевен, жилых построек, земельных угодий.

В архивах сохранился значительный материал судебно- следственного характера по истории крестьянства Ростовского уезда. Прежде всего он сосредоточен в фондах местных учреждений и связан в основном с различными актами социального протеста населения - побегами, убийствами помещиков, подачами челобитных, волнениями и пр. Как правило. в состав этих дел входят челобитные владельцев или их крестьян, переписка по организации дознания, допросы арестованных, определения о наказании. В частности, были выявлены следственные дела о физической расправе крестьян над помещиками П.И. Телишевой, Т. Петровым, Д.В. Болдыревым, В. Зориным9.

Документы свидетельствуют о широком распространении в уезде вооруженных отрядов беглых, которые нападали на дворянские усадьбы, уничтожали вотчинную документацию, громили и поджигали имения. Так, в 50 -60-е годы XVIII в. были разгромлены поместья П. Иванова, А. Куровой, И. Ушаковой, И. Чагина и др.10

В фондах обнаружены документы и о волнениях крестьян в ростовских вотчинах В.И. Зорина (1762 г.), Ф.В. Ушакова (1763 и 1771 гг.,) И.Г. Демидова (1773 г.), О.А. Крюкова (1774 г.) и Е.С. Плоховой (1773 г.)11. Крестьяне отказывались нести владельческие повинности, выступали против притеснений со стороны помещиков и вотчинной администрации, оказывали сопротивление отрядам местного гарнизона.

Значительный массив источников по теме сосредоточен в вотчинных архивах Куракиных, Голицыных, Шереметевых. В фондах личного происхождения отложились следующие комплексы документов: распорядительно-исполнительная переписка (указы, предписания, определения и решения помещиков и домовых контор, доношения и рапорта вотчинной администрации и старост), учетные материалы (приходно-расходные книги, окладные ведомости, книги записи паспортов), приговоры сельских миров, челобитные крестьян.

Основными документами, регулирующими внутреннее устройство и жизнь в имениях, являлись указы и инструкции помещиков для вотчинных властей. В них содержатся данные о взаимоотношениях между помещиком и сельским миром, о нормах и правах крестьянского самоуправления. Именно такой характер носит инструкция П.Б. Шереметева приказчику с. Вощажниково12.

Не меньшую ценность представляет хозяйственная переписка, содержащая конкретные данные о повседневной жизни крестьянской общины. В доношениях и рапортах управителей, бурмистров, приказчиков, старост, прежде всего затрагиваются вопросы, связанные с землевладением и землепользованием крестьян, сбором владельческих и государственных повинностей, состоянием и развитием сельскохозяйственного производства и ремесла, проявлением разнообразных форм крестьянского протеста и недовольства. Так, документы свидетельствуют о напряженной обстановке, которая сложилась в селах Воскресенское и Никольское (владение Голицыных), Сулости (Гагариных), Вощажникове (Шереметевых) и др.13 Крестьяне выступали против отдельных распоряжений владельцев, направленных против их материального положения, требовали справедливого обложения повинностями, защиты от притеснений вотчинной администрации.

В сохранившейся учетной документации содержатся сведения о сборе с крестьян разнообразных повинностей, с указанием их размеров, срока выплаты и т. п. Поборы, налагаемые на крестьян, были очень обременительными. Так, оброк с одной души в селе Семибратское составлял пять рублей, а в селе Вощажниково крестьяне обязаны были находиться на господской работе в течение четырех дней в неделю. Результатом такого положения являлся рост обедневших слоев в крепостной деревне. На это указывают крестьяне в своих многочисленных челобитных в адрес своих владельцев. Так, жители сел Сулости и Никольское заметили, что "при вотчине много крестьян скудных и бедных, с которых и взять нечего"14.

Документы вотчинных архивов свидетельствуют об активном участии ростовских крестьян в товарно-денежных операциях, поземельных арендных отношениях, подрядах, отходах на заработки. Только по Вощажниковской вотчине в год уходило на заработки до 28% всего взрослого населения15.

О внутренней жизни сельского мира позволяют судить приговоры крестьянских общин. Эти редко встречаемые документы сохранились за ряд лет по селу Семибратское16. В них содержались данные о распределении земельных угодий среди крестьян, раскладки разнообразных повинностей, разрешение взаимных споров среди односельчан и т. п.

Такова общая характеристика основного состава и содержания документов по истории крестьянства Ростовского уезда в середине XVIII в.

  1. РГБ ОР. Ф. 219. № 109. Ч. 1; Архив РАН. (С.-Петербургское отделение). Ф. 3. Оп. 10-б. № 49, 136; РГАДА. Ф. 248. Оп.11З. № 1451. Ч. 1. Л. 161; Ф. 168. Оп. 1. № 103.
  2. РГАДА. Ф. 400. Оп. 11. № 306. Л. 124, 182 - 184.
  3. РГАДА. Ф. 181. Оп. 1. № 120; Ф. 400. Оп. 1. № 30; РГВИА. Ф. ВУА. № 18860; РГБ ОР. Ф. 178. № 132.
  4. РГАДА. Ф. 1355. Оп. 1. № 2112, 2111; Оп. 2. № 404.
  5. Там же. Ф. 248. Оп. 109. № 158. Л. 441.
  6. РГАДА. Ф. 9. Оп. 3. № 51; Ф. 16. Оп. 1. в 202; Ф. 248. № 3676; РГВИА. Ф. 23. Оп. 1. Св. 7. № 332; РНБ ОР. Ф. 885. № 242.
  7. РГАДА. Ф. 9. Оп. 3. № 52.
  8. Там же. Ф. 615. Оп. 1. № 9179 - 9212.
  9. Там же. Ф. 248. Оп. 114. № 439; Ф. 400. Оп. 4. № 2111, 2407, 2514; Ф. 563. Оп. 1. № 135, 161, 309.
  10. Там же. Ф. 526. Оп. 1. № 414; Ф. 563. Оп. 1. № 133, 158, 160.
  11. Там же. Ф. 437. Оп. 1. № 992; Ф. 455. Оп. 1. № 994; Ф. 563. Оп 1 № 148, 182, 188.
  12. РГИА. Ф. 1088. Оп. 7.№ 48.
  13. РГАДА. Ф. 1263. Оп. 10. № 189. Л. 24; Ф. 1289. Оп. 1. № 484; РГИА. Ф. 1088. Оп. 7. № 456. Л. 76; ГИМ ОПИ. Ф. 14. № 1766. Л. 54; 3083. Л. 1.
  14. РГИА. Ф. 1088. Оп. 7. № 448, 456, 457; ГИМ ОПИ. Нов. оп № 29. Л. 40; Ф. 14. Оп. 1. № 3086. Л. 17.
  15. РГАДА. Ф. 1287, Оп. 3. № 240. 241, 290, 295.
  16. ГИМ ОПИ. Ф. 3. Нов, оп. № 29.