В.Н. Алексеев

Род Воронцовых на Ростовской земле

К многочисленным дворянским родам, оставившим свой след в истории Ростова Великого, относится и древний род дворян, а впоследствии графов и князей Воронцовых и Воронцовых-Дашковых. Состоявшие на государственной службе по меньшей мере с середины XVII столетия, Воронцовы и Воронцовы-Дашковы на протяжении следующих двух с половиной веков дали России немало преданных талантливых дипломатов, военачальников и других знаменитых государственных деятелей. Достойны уважения и почитания имена канцлера графа Михаила Илларионовича Воронцова, посла России в Англии графа Семена Романовича и его брата, Президента Коммерц-Коллегии графа Александра Романовича, княгини Екатерины Романовны Дашковой (урожденной Воронцовой), героя кавказских и наполеоновских войн, генерала-губернатора Новороссии и полномочного наместника Бессарабии светлейшего князя Михаила Семеновича Воронцова, последнего наместника царя на Кавказе графа Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова.

Уже в конце XVIII столетия Воронцовым принадлежало множество владений по всей территории европейской России: они имели земли в 16-ти губерниях страны. Особо значимыми среди них были вотчинные имения, наследуемые из поколения в поколение на протяжении нескольких веков. К таковым принадлежат и ростовские вотчины Воронцовых.

В краеведческой литературе по истории Ростова Великого и его окрестностей сведения о Воронцовых собраны благодаря А. А. Титову. В своем труде "Ростовский уезд Ярославской губернии"1 Андрей Александрович сообщает, что с фамилией Воронцовых в уезде связаны следующие достопримечательности:
- в селе Якимовском "сельская каменная одноглавая, в связи с колокольнею, церковь построена гр. Воронцовым в 1787 году имеет два престола: Рождества Христова и св. Николая, а до сей церкви существовала деревянная, которая и была нарушена лет 70 назад..."2;
- в селе Каликине "одноглавая каменная, в связи с колокольнею, церковь сооружена тем же гр. Воронцовым-Дашковым в 1777 году имеет два престола: Св. Пр. Илии и Св. Димитрия Ростовского Чудотворца..."3;
- в селе Капцево (Богородском тож) "местный каменный, одноглавый, в связи с колокольнею, храм основан в 1757 году графом Ив. Ил. Воронцовым-Дашковым и имеет три трестола: 1) Владимирской Пресвятой Богородицы, 2) Св. Иоанна Златоустаго и 3) Св. Гурия, Самона и Авива..."4

Далее о селе говорится, что "Капцево доныне принадлежит фамилии Воронцовых-Дашковых. В прошлом столетии в нем временно проживала сама владелица, знаменитая Е. Р. Дашкова, которую императрица Екатерина, приезжавшая в Ростов на открытие мощей святителя Димитрия и посетила...".

В прежнее время, по словам А. А. Титова, в Капцеве был огромный господский дворец, парки, зверинец, оранжереи, конский и винный заводы, манеж, а по дороге к Ростову до села Якимовского - обсаженный на несколько верст липами проспект. Но уже в 1885 году "... ото всего этого остались жалкие следы, напоминающие о прежнем величии"5.

Упоминаемые выше села располагались в восточной части Ростовского уезда и входили в состав Угодичской и Нажеровской волостей (ныне с. Капцево находится на территории Ильинского района Ивановской области).

Встречаются и другие подтверждения принадлежности Капцева фамилии Воронцовых. Так, Д. А. Булатов6 упоминает "графа Ивана Илларионовича Воронцова-Дашкова, село Богородскаго с деревнями...", при коем 439 душ обоего пола, а также "графини Ирины Воронцовой, онаго же села" 3 души.

Наконец, сведения 1907 года приведены у А. А. Титова: "Воронцов-Дашков, Илларион Иванович - граф. Имение его: в селе Богородском (Капцево тож) 104 д., деревнях: Лысцове 106 д., Мартюкове 85 д., Иванова 75 д., селе Каликине 130 д., деревнях: Милославке 103 д., Исакове 83 д., Петроково 46 д., а всего 732 души; земли 31.777 десятин"7.

В настоящей работе сделана попытка критически проанализировать приведенные выше факты и на основе архивных и генеалогических материалов ввести в научный оборот новые сведения по данному вопросу.

Прежде всего следует отметить, что фамилия Воронцовы-Дашковы появилась только в 1807 году, когда по ходатайству княгини Е. Р. Дашковой ее фамилия была присоединена к таковой ее двоюродного племянника графа Ивана Илларионовича Воронцова (1790-1854). В этой линии Воронцовых имена Иван и Илларион чередовались в каждом поколении, что иногда приводило к путанице. Таким образом, указанный в качестве строителя храмов в Каликине и Капцеве граф Иван Илларионович носил фамилию Воронцов, а не Воронцов-Дашков.

Первым, из известных автору Воронцовых, связанных с Ростовским краем, был дед княгини Е. Р. Дашковой Ларион Гаврилович Воронцов (1674-1750) (во всех документах он именовался именно как - "Ларион"). Его отец, Гаврила Никитич Воронцов, служил сотником в стрелецком войске и погиб при осаде Чигирина в 1678 году8. Сам Ларион Гаврилович в начале XVIII столетия был стольником и воеводой в Ростове Великом, однако точных указаний на годы его воеводства автор найти не смог. Известно, что "Лета 1709 сентября в день, по указу вел, государя царя... и по грамоте из Розряду, стольник и воевода Ларион Гаврилович Воронцов в гор. Ростове на посаде посадские и в уезде помещиковы, и вотчинниковы, и крестьянские, и бобыльские жилые дворы и в них людей мужска полу по имянам и в каковы лета описал, также и пустые дворы осматривал и описал..."9

Другим свидетельством воеводства Л. Г. Воронцова служит письмо Ростовского и Ярославского митрополита Димитрия, в котором последний благодарит Воронцова за милость, проявленную к ростовским учителям. Опубликованное в "Архиве князя Воронцова"10, это письмо имеет только дату "19 июня", но может быть датировано 1702-1709 годами, то есть временем, когда Св. Димитрий занимал архиерейскую кафедру в Ростове.

В примечаниях к указанному письму издатель "Архива..." Л. Бартенев писал: "Есть предание, что дружбой Святителя пользовалась жена Л. Г. Воронцова Анна Григорьевна, урожденная Маслова и что письма к ней Димитрия Ростовского сохранились в семействе графов Бутурлиных. (В конце XVIII столетия Бутурлины породнились с Воронцовыми - В. А.).

По петровской "Табели о рангах" Л. Г. Воронцов получил чин статского советника, а впоследствии, благодаря успехам старшего сына, канцлера Михаила Илларионовича, еще и разбогател. "Статский советник Илларион Гаврилович, коего все имение состояло из двух сот душ крестьян, в день Коронования Императрицы Елисаветы Петровны, за услуги, оказанныя сыном его Михаилом, получил богатые поместья, чин действительного статского советника и Александровскую ленту, а вскоре и чин тайного советника"11. Есть основания полагать, что те двести душ крестьян, о которых говорится в приведенной выше цитате, есть крепостные ростовского имения Л. Г. Воронцова - села Капцево (Богородского) с деревнями. Так, в документах Ростовской духовной консистории имеется "Дело о пострижении в монашество Ростовского Рождественского Девичьего монастыря дворовой девки Афросинии Федоровой вотчины генерала Иллариона Гавриловича Воронцова Ростовского уезда села Богородского"12. Документ датировали 1749 годом, и слово "вотчина" указывает на то, что Капцево получено Ларионом Воронцовым от своих предков - отца или даже деда.

Более того, из дела следует, что указанная девица имеет 25 лет и родилась "в Ростовском уезде в вотчине объявленного т. е. генерала Иллариона Гавриловича Воронцова в селе Богородском, Капцы тож..." Ее отец был служителем у Воронцова, и погребен у церкви с. Богородского. Другими словами, Богородское было вотчиной Лариона Гавриловича и за 25 лет до описанного прошения, т. е. в 1724 году, когда первому сыну Михаилу было всего 10 лет.

Таким образом, если принять Богородское владение Л. Г. Воронцова за его единственную вотчину, то это Ростовское владение окажется и древнейшей вотчиной рода Воронцовых и Воронцовых-Дашковых вообще. (Другое вотчинное имение - владимирское "Андеевское" досталось Воронцовым от приданого М. И. Сурминой, супруги среднего сына ростовского воеводы - графа Романа Илларионовича, владимирского наместника).

Датировка бумаг вышеназванного дела и приложенное к нему письмо за подписью самого Л. Г. Воронцова указывают, что последний проживал в Богородском до самых последних дней жизни (его жена скончалась еще в 1740-м году). Отсюда вытекает одно интересное предположение.

Известно, что мать княгини Е. Р. Дашковой, упомянутая выше Марфа Ивановна Сурмина, скончалась в 27 лет, оставив сиротами пятерых детей: Марию, Елизавету, Александра, Екатерину и Семена. Старших дочерей определили к императорскому двору, старший сын Александр оставался с отцом, а Екатерину первое время воспитывала бабка по матери Федосья Сурмина. Что касается Семена (будущего дипломата и продолжателя рода С. Р. Воронцова), то о нем было известно, что он находился на воспитании в деревне у деда13. Поскольку из двух дедов Семена Романовича в то время оставался в живых лишь Ларион Гаврилович Воронцов, то к нему и попал мальчик. Не исключено, что его первые годы прошли именно в Богородском.

По смерти Л. Г. Воронцова его ростовские владения унаследовал младший из сыновей, Иван, в будущем граф, Президент Вотчинной Коллегии, генерал-поручик, сенатор, действительный камергер и кавалер (1719-1786). Он был женат на дочери казненного при Бироне кабинет-министра Артемия Петровича Волынского - Марии. Внучка И. Ил. Воронцова, графиня Анна Артемьевна (1777-1854) была замужем за Дм. Петр. Бутурлиным, и, возможно, именно в их семье хранились письма Св. Димитрия.

Село Каликино значилось вотчиной Ив. Ил. Воронцова еще в 1753 году. В исповедальных росписях каликинской церкви за 1753 год упоминаются дворовые люди, а также крестьяне с. Каликина, деревень Петрецовой, Мирославки, Исаковой (свыше 300 душ обоего пола), как живущие в вотчине "лейб-гвардии Преображенского полку капитана Ивана Ларионова сына Воронцова"14.

Документально подтверждается устройство Иваном Илларионовичем каменной церкви в с. Каликине: "... а во оном селе (Каликине - В. А.) по желанию моему и данному от вашего Преосвященства Указу каменная церковь о двух апартаментах стротца, нижняя престол святителя Димитрия Ростовского Чудотворца, а верхняя Илии пророка которые чрез год совсем ипоконче ... могут"15.

Что касается сведений об устроителях церквей в Богородском и Якимовском, то в известных автору документах фамилии Воронцовых не встречается. В отношении Богородского, как вотчины Воронцовых, речь идет, скорее всего, о недостаточной изученности архивных материалов. Напротив, судя по последним, к строительству церквей в Якимовском Воронцовы не имели отношения вовсе.

Из документов Ростовской духовной консистории16 следует, что в начале 1770-х годов в Якимовском (тогда Якимовском погосте) существовали две деревянные церкви "Рождества Пресвятыя Богородицы" и Св. Николая Чудотворца. В 1779 г. на погост из Калязинского уезда перевезли еще одну, теплую, деревянную церковь, впоследствии освященную во именование Знамения Пресвятой Богородицы. В том же 1779 году прихожане Якимовского во главе со священником Иоанном Яковлевым обратились к архиепископу Ростовскому и Ярославскому Преосвященному Самуилу с прошением о постройке в селе каменной церкви во имя Рождества Христова с приделом Св. Николая Чудотворца17. В прошении сообщалось о готовности прихожан начать строить кирпичные заводы и заготавливать материалы для будущего храма, а также о денежном сборе до 1.000 рублей. 4 сентября 1779 г. архиерей разрешил строительство каменного храма, повелев по окончании иконами и прочим благолепием убрать и украсить, "и чтоб иконы святые были искусно написаны а не искуснова иконы в ту церковь отнюдь не поставлять".

Поскольку упомянутая церковь в Якимовском была выстроена двухэтажной (ныне храм практически разрушен), она напоминала церковь в Каликине и, возможно, поэтому тоже приписывается Воронцовым, хотя даже само Якимовское в их владениях не значится.

По крайней мере, в 1771 году в Богородском проживал граф Александр Романович Воронцов, племянник Ив. Ил. Воронцова. В документах РГАДА имеются письма Александра Романовича к своим вотчинным управителям, написанные в Капцеве 2 и 3 августа 1771 года18. Однако причины пребывания графа на ростовской вотчине остаются неизвестными.

Внешний вид усадьбы в Богородском, по-видимому, действительно совпадал с описанием, приведенным А. А. Титовым. Правда, по воспоминаниям нынешних старожилов села, обсаженная деревьями дорога ("проспект") вела не к Якимовскому, а в сторону Нажеровки.

Как бы то ни было, указание на приезд императрицы Екатерины в гости к княгине Е. Р. Дашковой представляется всего лишь красивой легендой.

Камер-фурьерский журнал 1763 года очень подробно описывает события того времени. Из "Походного журнала путешествия Ея Императорского величества в Ростов"19 следует, что поездка состоялась в период с 12 мая по 1 июня 1763 года. Пребывание в Ростове заняло неполных четверо суток - с вечера 23-го до обеда 26 мая. Журнал сообщает о всех мероприятиях, связанных с прибытием императрицы, но не упоминает ни о каких поездках в окрестности. Да они и не могли состояться, ввиду чрезвычайной насыщенности визита богослужениями. На обратном пути из Ярославля пребывание Екатерины II в Ростове Великом было еще более кратким: с З-х часов пополудни 29 мая до 2-х часов пополудни ЗО-го мая. В этот раз императрица была только на литургии в соборной церкви.

Невозможно предположить и то, что княгиня Е. Р. Дашкова сопровождала императрицу или (по словам А. А. Титова) ожидала ее в своем Капцеве-Богородском. Дело в том, что в день отъезда Двора в Ростов, то есть 12 мая 1763 года, княгиня родила сына Павла. На следующий день ей стало так плохо, что она даже подумала, что умирает и, позвав мужа, поцеловала его "в знак вечной нашей разлуки". Далее в своих "Записках" княгиня Дашкова пишет: "Мое выздоровление шло очень тихо, и я продолжала жить в Москве, принимая с некоторой пользой, холодные ванны до июля"20.

Наконец, Богородское не значится в собственности княгини ни в качестве приданого, ни в качестве владений ее мужа.

Если же все-таки допустить существование доли истины в устройстве "проспекта" с липами в Богородском в связи с ожиданием императрицы, то, скорее всего, эта идея могла принадлежать графу Ивану Илларионовичу, дяде Е. Р. Дашковой и владельцу ростовской вотчины Воронцовых. В отличие от большинства своих родственников, он признал императрицу сразу же после переворота 1762 года, за что уже 15 июля того же года был пожалован Ея Императорским Величеством орденами Св. князя Александра Невского и Белого Орла21. Так что Иван Илларионович (в то время генерал-поручик, сенатор и камергер) имел все основания просить императрицу посетить его вотчину. Однако, все сказанное остается пока только предположением.

С другой стороны, следует отметить малоизвестный сейчас факт путешествия в Ростов Великий и княгини Дашковой. Эту поездку она совершила уже во времена правления императора Александра Первого, в 1806 году, на 63-м году своей жизни. Сопровождавшая княгиню англичанка Кэтрин Уильмот подробно описывает это паломничество Екатерины Романовны, начавшееся в Москве 11 августа 1806 года. В одной из первых фраз своего повествования К. Уильмот пишет: "Мы отправляемся к св. гробу Димитрия Ростовского, патрона семейства Воронцовых"22. Княгиня Дашкова приложилась к мощам Святителя Димитрия, присутствовала на литургии, а также нанесла визит архимандриту Ростовского монастыря (по-видимому, речь идет о тогдашнем архимандрите Спаса-Яковлевского монастыря в Ростове - Аполлинарии - В. А.). Других подробностей поездки княгини Дашковой в письме Уильмот не приводится, но само поклонение праху Святителя Димитрия (равно как и упомянутые выше его отношения с воеводой Л. Г. Воронцовым и его женой, а также строительство И. И. Воронцовым храма в Каликине в честь Св. Димитрия) еще раз подчеркивают особое почитание этого Святого среди Воронцовых.

Проследить ход дальнейшего наследования ростовской вотчины Воронцовых пока не удается. Учитывая, что в 1907 году она значилась за графом Илларионом Ивановичем Воронцовым-Дашковым (умер 1916 г.) (см. выше), можно предполагать, что Богородское с селами и деревнями наследовалось потомками Ивана Илларионовича Воронцова, то есть той линией рода, к которой впоследствии перешла фамилия Дашковых. Сам по себе факт столь длительного владения родом Воронцовых ростовской вотчиной (более двух столетий) в этом случае не удивителен: воронцовские имения (а уж тем более вотчины!) почти никогда не дробились и не продавались.

Что касается графини Ирины Воронцовой, владевшей в Капцеве тремя душами (см. выше), то, вероятно, речь идет о дочери графа Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова Ирине Илларионовне, которой в указываемое время (1887г.) было около 15-ти лет. Впоследствии Ирина Илларионовна была выдана замуж за графа Дмитрия Сергеевича Шереметева и стала графиней Шереметевой.

  1. Титов А. А. Ростовский уезд Ярославской губернии. М., 1885.
  2. Там же. С. 70.
  3. Там же. С. 308.
  4. Там же. С. 305-308.
  5. Там же.
  6. Булатов Д. А. Материалы для генеалогии и истории дворянских родов Ростовского уезда. 1783-1887. Вып. 1. Ростов, 1887. С. 118.
  7. Титов А. А. Рукописи славянския и русския, принадлежащия действительному члену Императорского Русского Археологического Общества И. А. Вахромееву. Вып. VI. М., 1907. С. 102.
  8. Российская родословная книга. Роспись сорока книгам архива князя Воронцова. М., 1897. С. 235.
  9. Ростов. Материалы для истории города XVII и XVIII столетий. (Сост. Н. А. Найденов). М., 1884. С. 38.
  10. Архив князя Воронцова. Кн. 1. Бумаги графа Михаила Ларионовича Воронцова. М., 1870. С. 1-2.
  11. Российская родословная книга. С. 107.
  12. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 1152.
  13. Дашкова Е. Р. Записки. Письма сестер М. и К. Вильмот из России. М., 1987. С. 38. (см. также другие издания "Записок" Е. Р. Дашковой).
  14. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1.Д. 1819.
  15. РФ ГАЛО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 5784.
  16. Там же. Д. 7106. Л. 1.
  17. Там же.
  18. РГАДА. Ф. 1261. Оп. 7. Д. 131. Лл. 10, 13 об., 14, 16 об.
  19. Журналы камер-фурьерские, 1763 года. Церемониальный, банкетный и походный журнал 1763 года.
  20. Записки княгини Е. Р. Дашковой. Репринтное воспроизведение издания 1859 г. М., 1990. С. 89.
  21. РГАДА. Ф. 1261. Оп. 1. Д. 4. Л. 1.
  22. Записки княгини Е. Р. Дашковой... С. 484.