Т.Л. Никитина

Иконография росписей сводов ростовских церквей XVII - XVIII вв.

Рис. 1.
Рис. 2.
Рис. 3.
Рис. 4.
Рис. 5.
Рис. 6.
Рис. 7.

Темой нашего исследования стал анализ иконографии росписей сводов ростовских церквей XVII - XVIII веков1. Подобных исследований для стенописей этого времени еще не предпринималось, и к памятникам XVII - XVIII вв. обычно применяется ряд принятых в науке устоявшихся представлений о "канонической" системе росписи византийского храма.

Еще в прошлом веке Н.В. Покровский отметил связь иконографии стенописи с символическим воззрением на храм, выраженным в литургических толкованиях отцов церкви2. Согласно этим толкованиям, верхние части храма образуют "видимое небо"3. Верхние части, однако, есть не только своды, но и купола, и именно иконография росписи куполов с их барабанами, как показывают примеры анализа купольных росписей4, наиболее тесно связана со святоотеческим толкованием.

Росписи сводов обычно рассматриваются вместе с росписями стен5, что имеет свои причины для стенописей раннего периода, где сюжеты укладываются в большинстве случаев в один цикл, который можно широко определить как "праздничный" (он может составляться из праздников двунадесятых, "триодных" или богородичных, и быть весьма разнообразным по составу). В научной литературе между тем принято обозначение всех композиций, имеющих в основе евангельский текст, как "евангельских" или "христологических", и это равное обозначение для изображений различной значимости и принадлежности к тому или иному богослужебному кругу ведет к неясности понимания структуры и смысла росписи. Распространены также представления о порядке расположения стенописей как "хронологическом" (иначе "историческом"), иной порядок объясняется влиянием заказчика.

Как известно, в поздневизантийскую эпоху иконографический состав стенописей значительно расширился, они стали составляться из нескольких сюжетных циклов, и тут, по нашим наблюдениям, обнаружилась определенная закономерность в их размещении в храме. В частности, выявилась особость праздничного цикла по отношению к другим евангельским сценам и более высокое иерархическое место "праздников" в системе росписи - они локализуются в сводах, и во второй половине XVII в. со стен исчезают вовсе6. Потому мы и рассматриваем росписи сводов отдельно от других составных частей стенописных комплексов.

Сохранность рассматриваемых нами ростовских стенописей весьма различна - некоторые из них реставрированы, некоторые находятся под записью в удовлетворительном состоянии, некоторые же руинированы и разрушаются. По счастью, именно эти последние памятники были подробно описаны А.А.Титовым7, и неполнота натурных данных компенсируется опубликованными описаниями сюжетов росписи. Кроме упомянутых описаний, сделанных Титовым для Успенского собора и церквей Вознесения и Спаса на Торгу, существуют описания иконографии стенописей Зачатьевского и Рождественского соборов8, ц. Спаса на Сенях9 и Богоявленского собора Аврамиева монастыря10.

Наиболее ранний из рассматриваемых памятников - роспись Успенского собора. В настоящее время живопись XVII в. находится под слоями потемневших записей, однако имеются значительные участки самораскрытия. В сводах собора располагаются композиции, иллюстрирующие Символ веры. Титов так и обозначает их текстами Символа. Однако в натуре ни в слое записи, ни в первоначальной росписи нам не удалось рассмотреть подобных надписаний.

Естественно, вспоминается стенопись Архангельского собора Московского Кремля как единственно возможный образец нашей росписи. Однако при сравнении обнаруживается существенное различие. В Архангельском соборе "Символ веры" - не единственная тема в сводах, изображения составляют компактную группу, занимающую западную часть свода и западную стену, порядок их следует тексту. В Ростовском же соборе "Символ веры" занимает все своды, всю западную стену11, с ним же можно связать и изображения Вселенских соборов в нижнем ярусе южной и северной стен. При этом отдельные композиции праздников ("Благовещение", "Рождество", "Воскресение", "Вознесение") изображаются на своих обычных местах, традиционная система росписи соборного типа12 практически не нарушается, но вся роспись в целом приобретает определенный оттенок смысла и начинает звучать как мощный глас исповедания веры. При этом масштабно выделенными оказываются "Страшный Суд" и "Вселенские соборы", обозначающие актуальнейшие для того времени темы13.

Архиерейские домовые церкви небольшие, бесстолпные, световым является лишь один купол. Главной в ансамбле считалась ц. Спаса на Сенях. Она перекрыта крещатым сводом. Сюжеты росписи - праздники пасхального круга, от "Воскрешения Лазаря" до "Сошествия Св. Духа". В участках стен там, где свод прорезан распалубками, расположены: "Распятие" на восточной стене, фигура Бога Отца из "Страшного суда" на западной, "Воскресение" на южной и "Вознесение" на северной (эти участки стен во всех ростовских памятниках с крещатыми сводами получают изображения, полностью связанные с росписью свода и обособленные от росписи стен). В сводах распалубок евангелисты. На вертикальных плоскостях боковых стенок под сводами распалубок изображены херувимы (такие же изображения имеют аналогичные стенки и в других росписях крещатых сводов).

Исследовавший роспись ц. Спаса В.В. Зякин заметил, что она связана с пасхальной службой, и даже точнее - с литургией14. Однако мысль эта осталась не раскрытой, и дальнейший анализ касался иных проблем. Между тем, связь в данном случае устанавливается прямая, и выражается она уникальной иконографической чертой росписи - изображениями евангелистов в сводах распалубок крещатого свода, которые и обозначают в интерьере пространственный крест. Один из наиболее торжественных моментов пасхальной литургии - чтение пасхального зачала Евангелия от Иоанна (Ин. 1, 1-17), которое по современному чиноположению читается всеми сослужащими, располагающимися в церкви от алтаря до западных врат15, и которое в ростовском соборе во времена митрополита Ионы читалось четырьмя диаконами посреди церкви именно на четыре стороны света16. Таким образом, в росписи свода ц. Спаса наглядно и впечатляюще обозначена тема благовествования, апостольской проповеди, содержание которой раскрывается в росписи стен. Фигуры евангелистов, кроме того, выделены масштабно, их крупный размер не позволяет забыть за проповедью самих благовестителей, и именно со свода начинает свое развитие очень важная в росписи тема апостольская, переходящая в тему преемственности благодати от апостолов к церковным иерархам.

В сводах ц. Воскресения круг сюжетов тоже пасхальный, что особо обусловлено, видимо, и посвящением церкви. Конструкция свода здесь иная - две арки, опираясь на стены, несут центральный купол, выделяя центральную часть свода, а западную и восточную части образуют каждую один большой и два малых лотка. В восточной части свода изображены праздники предпасхальные, в западной - послепасхальные. Среди них масштабно выделены "Распятие" и "Сошествие Святого Духа", и архитектурно - расположенные между арками "Положение во гроб" и "Воскресение".

Возможны два варианта прочтения, восприятия этих четырех акцентированных композиций (в дальнейшем мы будем обозначать подобные группы композиций термином "блок сюжетов"). Первый - "построчное" прочтение (от востока к западу и слева направо). В этом случае в росписи свода выделяются три рядоположенных узловых пункта - "Распятие", "Воскресение", "Сошествие Св. Духа", отражающие историческую последовательность событий и обозначающие начало и конец пасхального празднования. Второй вариант - сопоставление композиций, расположенных друг против друга. В этом случае две пары композиций мысленно обозначают крест, в котором пересекаются две темы - тема Воскресения (во всем многообразии аспектов) и тема Церкви. Ключевым, по-видимому, является сопоставление "Распятия" и "Сошествия Св. Духа". В богослужебных текстах такое сопоставление образов Христа, как краеугольного камня, и церкви, встречается в ряде ирмосов на третьей песни канона, и сопровождается молением об утверждении церкви17. Наиболее известный и выразительный текст такого рода - ирмос канона на Сретение: "Утверждение ня Тя надеющихся, утверди, Господи, церковь, юже стяжал еси честною Твоею кровию". Нам думается, что и в росписи сопоставление названных композиций тоже несет идею моления о церкви.

Третья домовая церковь - Иоанна Богослова - считается наиболее открытой для мира, "дворцовой" при Красной палате. Свод церкви крещатый. Сюжеты росписи объединяются темой Символа веры. Начало текста Символа читается в надписании изображения Новозаветной Троицы. Расположение композиций соответствует порядку текста, однако состав неполный - нет изображения Страшного суда. Зато усилена тема Страстей (целых пять композиций), и совсем необычным изображением проиллюстрирован 9-й член (о Церкви) - кроме композиции "Сошествие Св. Духа" мы видим на западных лотках изображение "Учения трех святителей" (на иконах Символа веры изображались обычно проповедующие апостолы). Необычно также включение в этот цикл "Крещения Христа".

В участках стен под распалубками свода изображены "Распятие" на восточной стене, "Воскресение" на северной, "Вознесение" на южной, "Сошествие Св. Духа" на западной, то есть блок сюжетов, подобный имеющемуся в ц. Воскресения. Блок теперь включает в себя все великие праздники пасхального круга, чем приобретает более общий характер и завершенность. Смысл его остается тем же, но, если в ц. Воскресения "Положение во гроб" напоминало зрителю о Страстях, то здесь "Вознесение" является еще одной сценой торжества, славы Христа. Подобное же выделение четырех композиций, встречающееся впервые в ц. Воскресения, повторяется в ряде ростовских памятников, однако повторяется в том составе, который имеется в ц. Иоанна Богослова.

Последний памятник, расписанный по заказу и при жизни митрополита Ионы, - собор Яковлевского монастыря. Церковь имеет уникальные особенности интерьера - на уровне перехода от стен к сводам между стенами и столпами переброшены арки. Они очень важны для организации стенописи, служа архитектурным обрамлением храмового цикла Деяний Троицы, и одновременно - росписи сводов, которая из-за этих арок выглядит совсем обособленной от росписи стен. Кроме того, в выделенную арками верхнюю пространственную зону попадают, кроме сводов, и значительные участки стен до их пят, благодаря чему увеличивается площадь, занимаемая композициями. Конструкция сводов едина для всего храма, однако роспись их резко разделена - в сводах алтаря изображаются сцены Страстей, продолжающие роспись стен алтаря.

В помещении для молящихся роспись сводов складывается из двух циклов. В центральном поперечном нефе группируются сцены из круга богородичных и рождественских, то есть изображения событий, связанных с Боговоплощением. Друг против друга на южной и северной оконечностях нефа размещаются "Рождество Христово" и "Явление ангела женам-мироносицам", обозначающие начало и конец цикла. Соединение именно этих композиций в смысловую пару показывает, что цикл имеет не только богородичный или рождественский характер, а более широкий. Рассматривая и сопоставляя перекликающиеся детали двух композиций, зритель вынужден охватить мысленно весь период земной жизни Христа. Если вспомнить, что в куполе собора изображен Бог Отец, то вся эта совокупность сюжетов получит как бы возглавие и завершение.

В западной части центрального нефа изображены "Преображение", "Сошествие во ад" и "Вознесение". По сторонам от этой группы, в угловых сводах располагаются композиции пасхального круга, к которым добавлены "Крещение" и "Проповедь Христа в назаретской синагоге", раскрывающие с разных сторон тему Богоявления.

Ближайший по времени к ионинским росписям памятник - стенопись ц. Спаса на Торгу. Свод здесь лотковый, внутрь открыт один световой барабан. Роспись располагается четырьмя большими композициями на склонах свода. Известный образец росписи подобных церквей - московская ц. Троицы в Никитниках. Там в сводах те же сюжеты, однако иначе, по кругу, расположенные. Здесь же крестообразное расположение сюжетов, видимо, обусловлено ориентацией на вышеназванные ростовские образцы.

Свод такого же типа, только глухой, имеет собор Рождественского монастыря. И тут изображения распределяются сходным образом - четыре большие композиции на четырех сторонах. Однако на восточном склоне свода - Новозаветная Троица с предстоящими. И здесь есть особенность в расположении изображений евангелистов в откосах двух оконных проемов, врезающихся в западный склон свода и освещающих верхнюю часть храма.

Следующая по времени роспись - в ц. Вознесения (Исидора Блаженного). Свод церкви крещатый. Сюжеты группируются как бы в три круга. В сводах распалубок праздники, связанные с Боговоплощением (как в Троицком (Зачатьевском) соборе, в сочетании с изображением Бога Отца). В лотках - цикл композиций пасхальной тематики, начинающийся "Преображением"18, и заканчивающийся "Преполовением". В участках стен под распалубками свода - тот же блок сюжетов, что в ц. Иоанна Богослова.

Отмеченная особенность группировки сюжетов, составляющих роспись крещатого свода, когда каждая совокупность однородных элементов архитектурной конструкции (своды распалубок, лотки, вертикальные боковые стенки распалубок, участки стен под сводами распалубок) получает ряд изображений, раскрывающий свою особую тему в общей программе росписи свода, не впервые встречается в ц. Вознесения. Такой же принцип группировки сюжетов применен еще в ц. Спаса на Сенях, можно проследить его и в ц. Иоанна Богослова.

Резко отлична от остальных роспись сводов Богоявленского собора Аврамиева монастыря, где нет ни одной темы из обычных. Праздники размещаются в алтаре, и то не в сводах, а на стенах и на щеках пониженных подпружных арок угловых компартиментов. В своде восточного рукава креста изображен "Деисус" с предстоящими Богоматерью и Иоанном Богословом, в своде западного рукава - "Богоматерь Неопалимая Купина". Восточная и западная подпружные арки центрального купола несут соответственно изображения "Христос Царь Царем" и оглавный "Деисус" в кругах. В сводах и подпружных арках поперечного нефа изображены евангельские сцены, размещенные без видимой закономерности. Часть северного свода разрушена, и представить полный состав сюжетов невозможно.

Аналогичную систему декорации поперечного нефа встречаем в Благовещенском соборе Московского Кремля, где евангельские сцены так же размещаются в сводах и на стенах над пониженными подпружными арками угловых компартиментов, с той разницей, что в Благовещенском соборе на склонах свода помещается по одной композиции, а не по две, как в Богоявленском.

Итак, в рассмотренных памятниках в росписи сводов прослеживаются две основные темы - тема Воскресения, раскрываемая кругом пасхальных праздников, и тема исповедания веры. В ряде случаев дополнительно имеется цикл праздников, связанных с Боговоплощением. Темы и циклы обычно четко разграничены и не пересекаются, образуя самостоятельные группы изображений. Тематическая самостоятельность подчеркивается соотнесенностью циклов с различными элементами архитектурной конструкции или с различными структурными частями здания. В ряде памятников встречается блок сюжетов Распятие - Воскресение - Вознесение - Сошествие Св. Духа, имеющих крестообразное расположение в пространстве храма. Мы предполагаем, что эта группа сюжетов связана с цитированным текстом ирмоса и выражает идею моления о церкви.

Наконец, можно сделать попытку интерпретации общего смысла росписей сводов, связав их с местоположением сводов рядом с обычным для византийского храма изображением евангелистов в парусах (как известно, эти изображения знаменуют проповедь учения Христа по всей земле) и апостолов в подпружных арках. Главное содержание апостольской проповеди (благовествования), главная благая весть - весть Воскресения, а затем проповедь догматов веры (все они имеют иллюстрации в композициях обычного цикла двунадесятых праздников). Православная догматика получила систематическое изложение в принятом Вселенскими соборами Символе веры. Поэтому мы предполагаем, что в росписи сводов развивается идея апостольской проповеди, с которой связаны обе названные основные темы и раскрывающие их циклы изображений.

В приложении к статье публикуются схемы рассмотренных росписей сводов19. Нумерация сюжетов сделана по следующим принципам: богородичные и евангельские сюжеты нумеруются в историческом порядке, исключая праздники Триоди, нумеруемые по порядку служб Триоди. При этом подряд нумеруются сюжеты, составляющие самостоятельный цикл. В циклах Символа веры номера соотносятся с порядком текста Символа, буквенные обозначения даются сюжетам, иллюстрирующим один член.

  1. Стенописи XVII -XVIII вв. имеют в Ростове следующие памятники: Успенский собор (дата росписи 1670-1671 гг.), церкви Архиерейского дома - Спаса на Сенях (1675), Воскресения (ок. 1675) и Иоанна Богослова (1683), Троицкий (Зачатия св. Анны) собор Яковлевского монастыря (1689), ц. Спаса на Торгу (1690-е гг.), собор Рождества Богородицы Рождественского монастыря (1715), ц. Вознесения (Исидора Блаженного) (1720-е гг.) и Богоявленский собор Аврамиева монастыря (1736).
  2. Покровский Н.В. Стенные росписи в древних храмах греческих и русских. М., 1900. С. 7, 37, 74-80.
  3. Блаженнаго Симеона Фессалоникийскаго Разговор о святых священнодействиях и таинствах церковных // Писания св. отцев и учителей Церкви, относящияся к истолкованию православного богослужения. СПб., 1856. Т. 2. С. 183; Отрывок из слова св. Софрония, патриарха Иерусалимского, О божественном священнодействии // Писания св. отцев и учителей церкви, относящияся к истолкованию православного богослужения. СПб., 1855. Т. 1. С. 268.
  4. Малков Ю.Г. О роли балканской художественной традиции в древнерусской живописи XIV в. Некоторые аспекты творчества Феофана Грека // Древнерусское искусство. Монументальная живопись XI - XVII вв. М., 1980. С. 135-160.
  5. Этот принцип хорошо виден в обобщающих трудах, содержащих множество кратких описаний стенописей - напр., у Н.В.Покровского (Покровский Н.В. Стенные росписи в древних храмах греческих и русских. М., 1900; Церковная старина на Ярославском археологическом съезде // Христианское чтение. 1888, №1-2. С. 36-69), В.Н. Лазарева (Лазарев В.Н. История византийской живописи. М.,1986), В.Г. Брюсовой (Брюсова В.Г. Русская живопись XVII в. М., 1984).
  6. Результаты наших наблюдений над системами росписи византийских и древнерусских храмов мы планируем изложить в специальной работе.
  7. Титов А.А. Ростов в его церковно-археологических памятниках. М., 1911. С.18-23, 49-52, 53-54, 96-97.
  8. ГМЗРК. Коллекция архивных материалов Ростовской реставрационной мастерской. № 286. Собор Рождественского монастыря в Ростове. 1. Историческая справка. 2. Описание иконографии. 1967 г. (сост. Т.Е. Казакевич); № 289. Зачатьевская церковь. Исследование и описание живописи. (сост. Т.Е. Казакевич). Никитина Т.Л. Иконографический план росписи собора Рождества Богородицы ростовского Рождественского монастыря // СРМ. Ростов, 1994. Вып. 6. С. 126-146.
  9. Зякин В.В. Роспись церкви Спаса на Сенях в Ростове Великом - памятник русской монументальной живописи XVII в. 1982 г. Рукопись.
  10. Никитина Т.Л. Об иконографическом плане росписи Богоявленского собора ростовского Аврамиева монастыря // СРМ. Ростов, 1993. Вып. 5. С. 102-122.
  11. Принято считать, что изображенный на западной стене "Страшный суд" иллюстрирует 7-й член Символа (см. Брюсова В.Г. Русская живопись XVII в. М., 1984. С. 84).
  12. Краткую характеристику типа см.: Никитина Т.Л. К характеристике иконографии стенных росписей в Ростовской епархии времени архиерейства митрополита Ионы III //Филевские чтения. Тезисы... конференции.1995. М., 1995. С.60-63.
  13. Интересно, что Титов в своем описании приводит текст Символа в дореформенном виде - "рожденна, а не сотворенна" (Титов А.А. Ростов в его церковно-археологических памятниках. М., 1911. С. 22).
  14. Зякин В.В. Указ. соч. С. 22.
  15. Триодь Цветная. Во святую и великую неделю Пасхи, на литургии. М., 1992. С. 13.
  16. Чин пасхального богослужения в ростовском Успенском соборе отразился в его Чиновнике (свящ. А.Ю. Парфенов. Чиновник Ростовского Успенского собора // СРМ (в печати)).
  17. См. Ирмологий нотного пения. М., 1890. Ирмосы первого гласа №№ 27, 31, 33, 34, 35, 36, 40, второго гласа №№ 28, 34, третьего гласа №№ 15, 23, четвертого гласа №№ 27, 34, 36, пятого гласа №№ 16, 17, 26, 27, шестого гласа № 15, седьмого гласа №№ 15, 17, 21, восьмого гласа №№ 29, 30, 45.
  18. Композиция "Преображения" часто примыкает к изображению Страстей (напр., в росписях ц. Иоанна Богослова и Троицкого собора). Богословские толкования и тексты службы празднику раскрывают эту связь, трактуя событие Преображения как явление Божественной славы Христа ученикам для их укрепления во время грядущих Его страданий, и как прообраз Воскресения (см., напр., в Прологе под 6 августа Поучение св.Климента на Преображение Господне, в Минее под 6 августа стихиры на Господи, воззвах).
  19. Схемы росписей сводов Рождественского и Богоявленского соборов, уже опубликованные нами (см.: Никитина Т.Л. Иконографический план росписи собора Рождества Богородицы ростовского Рождественского монастыря // СРМ. Ростов, 1994. Вып. 6. С. 126-146; Никитина Т.Л. Об иконографическом плане росписи Богоявленского собора ростовского Аврамиева монастыря // СРМ. Ростов, 1993. Вып. 5. С. 104), в приложении не воспроизводятся.