А.Е. Виденеева (Ростов).

Бюджет Ростовского архиерейского дома при архиепископе Самуиле (1776 - 1783 гг.).

Архиепископ Самуил в одном из своих писем к князю Куракину, заметил: "Дома Ростовскаго никак оставить не можно, ... весьма достопамятное строение, только великая сумма на содержание нужна"1. Действительно, обширная резиденция, солидный штат и большое хозяйство требовали немалых затрат. Попытаемся разобраться, какими средствами располагал архиепископ Самуил для содержания архиерейского дома и на каких принципах строил домовой бюджет.

Изучением материальных основ существования архиерейских кафедр после реформы 1764 г. занимался Н.Григорович2, между тем, на ростовском материале данная тема осталась неразработанной. О времени правления архиепископа Самуила в Ростове писали А.А. Титов и Э.Д. Добровольская3, однако вопросы, связанные с финансами его резиденции авторами не рассматривались.

Настоящая работа посвящена характеристике бюджета Ростовского архиерейского дома в конце 70-х годов XVIII в. Документальной основой послужили использованы приходно-расходные книги, финансовые реестры и ведомости.

Начнем с рассмотрения приходных статей домового бюджета. Архиерейский дом располагал двумя постоянными источниками доходов: первым и основным являлся оклад, то есть штатные выплаты из государственной казны, вторым и вспомогательным -- так называемые "неокладные деньги" или, иными словами, заработанные средства. В качестве дополнительного источника финансирования выступали единовременные целевые переводы государственных средств и пожертвования. Остановимся на каждой из названных позиций.

Итак, штатное содержание. Как известно, в ходе реформы 1764 г. архиерейские дома и монастыри лишились земельных владений и были переведены на государственное обеспечение. Ростовский архиерейский дома получил степень второго класса, что обеспечило ему содержание в размере пяти с половиной тысяч рублей в год. Начиная с 1768 г. этот оклад был повышен на 300 рублей за счет выделения дополнительных средств -- "прибавочных денег" на жалованье домовым служителям4. Деньги перечислялись из Коллегии экономии через Ростовскую воеводскую канцелярию дважды в год: в январе -- на первое полугодие и в июле -- на вторую половину года. О расходовании этих средств архиерейский дом отчитывался перед Коллегией экономии, по окончании года отправляя туда для "счета" и проверки приходно-расходную книгу штатных сумм5.

Вторым источником поступления денег в казну архиерейского дома служили неокладные доходы, которые по сути дела, являлись результатом более или менее успешной хозяйственной деятельности архиерейского дома. В основном, они складывались из арендной платы за сдачу в наем отдельных помещений архиерейской резиденции, домовых земель, сенокосных угодий, садов, и т.п., а также денег, выручаемых от продажи принадлежащих дому предметов, продуктов и прочих запасов. Сюда же следует отнести доход от архиерейских мельниц. В отличие от штатных выплат, неокладные доходы не имели строго установленных рамок. Поскольку в значительной мере они зависели от наличия арендаторов и покупателей, спроса на определенные товары, рыночных цен, их итоговые показатели за различные годы не одинаковы. В среднем же, неокладные доходы ежегодно приносили в казну архиерейского дома около тысячи рублей. Их доля в домовом бюджете составляла 15-20%6.

В качестве наиболее постоянной, надежной и прогнозируемой части неокладных доходов выступала плата за аренду помещений. В качестве арендаторов, как правило, выступали ростовские купцы, которые приспосабливали надежные каменные подклеты палат и церквей архиерейской резиденции под склады и хранилища. Время их использования могло быть различными -- от нескольких дней до нескольких лет, но чаще всего счет шел на месяцы. Иногда сдавали бессрочно, "сколько продержит". Цена назначалась от одного до трех рублей в месяц, в зависимости от площади помещения. Для краткосрочной аренды лучшим временем была Ростовская ярмарка, когда город заполонялся привозным товаром, места для его хранения и продажи были нарасхват и шли по хорошей цене. Однако основной доход давала длительная аренда. В среднем, за это выручалось по 150-200 рублей в год7.

В аренду отдавалась и земля. Отдельные участки земельных владений архиерейского дома на летний сезон брали в наем крестьяне, используя их под сенокосные угодья. В домовую казну это приносило не так уж много денег, несколько десятков рублей. Гораздо дороже обходилась аренда архиерейских садов с правом сбора урожая с плодовых деревьев. Здесь счет шел уже на сотни рублей8.

Наряду с арендой, источником пополнения домовой казны являлась продажа скота и лошадей, различных вещей и припасов. Избавлялись от излишков или сбывали вещи и предметы, в которых отпала надобность. Наиболее доходной была продажа лошадей и сена. Так, в 1777 г. за лошадей было получено 113 рублей, за сено -- 50 рубля9.

Еще одним источником неокладных доходов являлась принадлежащая архиерейскому дому ветряная мельница. Помол хлеба на ней приносил в домовую казну около 110-150 рублей в год10.

Отдельно следует упомянуть о так называемых клировых доходах, получаемых за продажу свеч и оплату треб при богослужениях в кафедральном соборе11, а также о "кружечных сборах" во время крестных ходов с соборной иконой Владимирской Богоматери12.

Разобравшись со штатными деньгами, неокладными и клировыми доходами, обратимся к характеристике единовременных целевых выплат из государственных средств. Они производились достаточно редко и всегда были вызваны вескими основаниями.

Являясь ростовским владыкой, архиепископ Самуил одновременно занимал влиятельный пост в Московской синодальной конторе. Задумав переустройство своей ростовской резиденции, он добился для этого крупных ассигнований. "На починку в доме архиерейском ... разных каменного здания ветхостей" из государственной казны ему было предоставлено 19 тысяч рублей. Выплата денег производилась в течение 1777-1779 гг.13. На эти средства архиепископ Самуил осуществил новую роспись кафедрального Успенского собора и начал перестройку корпуса архиерейских келий.

Перейдем к характеристике расхода денежных средств архиерейского бюджета. Вернемся к штатному государственному окладу. Его расходование было строго регламентировано. Штатные деньги распределялись по четырем основным статьям: жалованье архиерея и лиц, служащих в архиерейском доме; столовые расходы, содержание домовых церквей и ризницы; ремонт строений архиерейской резиденции14.

Основной объем денежных средств предназначался на раздачу жалованья. Главная часть жалованных денег, разумеется, составляла долю архиерея, которому ежегодно выделялось 1200 рублей и, в дополнение к этой сумме, 400 рублей "прибавочных"15.

Светские и духовные лица, состоящие на службе в архиерейском доме, распределялись на определенные категории: 1) управители архиерейского дома и домовое духовенство; 2) духовенство и церковные служители кафедрального собора; 3) домовые служители, то есть светские лица, работавшие в архиерейской резиденции; 4) служители Ростовской духовной консистории16.

Представители домового духовенства и два светских архиерейских келейника получали 167 рубля, которые распределялись следующим образом: эконому -- 40, духовнику и казначею -- по 15, крестным иеромонахам и иеродиаконам -- по 8, келейникам -- по 13. Из этой же суммы выделялось 25 руб. на содержание нескольких светских чиновников, состоявших при казначее и "казначейские дела исправляющих"17.

Содержание штата кафедрального собора обходилось в 980 рублей. Почти половину этой суммы -- 420 рубля получали протоиерей и священнослужители, которых, в общей сложности, насчитывалось 14 человек, а 480 рублей делилось на 24 архиерейских певчих и 24 соборных причетника18.

На долю 58 домовых служителей приходилось 526 рублей по штату и 302 рубля прибавочных. Таким образом, средний размер служительского оклада равнялся 14 рублям. Самые большие оклады имели дворник петербургского подворья, архиерейские келейники, кучера и старший повар19.

На жалованье служителям Ростовской духовной консистории: шестнадцати канцелярским работникам и десятерым сторожам и приставам выделялось 510 рублей. Оклады были дифференцированы и зависели от чина служителя и занимаемой им должности. Разница была огромной -- если секретарь получал 100 рублей в год, то сторожа и пристава довольствовались шестью рублями20.

Жалованье служащим архиерейского дома выплачивалось по мере поступления штатных денег, то есть дважды в год -- в январе и июле.

Следующая расходная статья штатного содержания представляла собой расходы на питание архиерея и домового духовенства -- тех людей, которые проживали архиерейском доме. Их тратили на покупку муки и круп, масла и рыбы, меда и вина, солода и хмеля, и прочих припасов. При этом "на провизию" архиерея тратилось 1000 рублей в год, а "на общий домовой расход" -- 370 рублей21.

Третья статья расхода -- деньги на содержание домовых церквей и архиерейской ризницы -- 404 рубля в год. Около ста рублей из этой суммы тратилось расходы при богослужении, то есть на покупку красного вина, ладана и муки для просфор, а также на дров для отопления церквей. 300 рублей расходовали на ризницу, в основном, на приобретение материала для ремонта старых церковных облачений или заказа новых22.

Четвертой расходной статьей являлись работы по поддержанию в надлежащем порядке домовых церквей и прочих зданий архиерейской резиденции в резиденции, на что ежегодно разрешалось тратить по 500 рублей. Не удивительно, что этих денег едва хватало на самые необходимые ремонтные работы, не требующие больших затрат.

Таким образом, штатный оклад архиерейского дома в основном, обеспечивал жалованье архиерея и лиц, состоявших у него на службе. На содержание архиерейской резиденции и поддержание домового хозяйства, по раскладу, утвержденному правительством, выделялась крайне незначительная сумма. Многие важные статьи расхода, связанные с поддержанием жизнедеятельности архиерейской резиденции и ее нормальным функционированием, остались неучтенными и не были обеспечены государственным финансированием. И здесь на помощь приходили неокладные доходы -- дыры в бюджете латались заработанными средствами. Поскольку использование неокладных доходов не контролировалось вышестоящими органами, расходовать их архиерейский дом мог вполне самостоятельно.

Неокладные доходы, как правило, тратились на покупку продуктов питания, оплату транспортных расходов и разнообразных хозяйственных работ. Они же служили источником "наградных денег" для поощрения отличившихся служителей23.

Итак, главным источником финансирования Ростовского архиерейского дома после реформы 1764 г. служили выплаты из государственной казны. Годовой штатный оклад Ростовской кафедры равнялся 5800 рублям. Этих денег явно не хватало, что вынуждало архиерейский дом прибегать к изысканию дополнительных источников средств существования, при этом способы извлечения доходов были вполне традиционны -- продажа и аренда. Осуществление дорогостоящих проектов требовало дополнительных капиталовложений.

Следует отметить, что рассмотренный в данной работе бюджет, в общих чертах, был характерен для Ростовского архиерейского дома не только во время правления архиепископа Самуила, но на протяжении всего периода между реформой 1764 г. и переводом архиерейской кафедры из Ростова в Ярославль в 1786 -- 1788 гг.

  1. Титов А.А. Ростовский архиепископ Самуил Миславский в своих письмах к князю А.Б. Куракину. Ярославль, б.г. С. 26.
  2. Григорович Н. Обзор учреждения в России архиерейских православных кафедр и способов содержания их со времени введения штатов по духовному ведомству. СПб., 1866.
  3. Титов А.А. Кремль Ростова Великого. М., 1905. С. 53-56; Он же. Ростовский архиепископ Самуил Миславский в своих письмах к князю А.Б. Куракину...; Добровольская Э.Д. Кремль Ростова Великого (по документам XVII-XVIII вв.) Историческая справка к проекту реставрации. Ярославль, 1955-1957 гг. С. 132-150. (работа не опубликована).
  4. РФ ГАЯО. Ф. 341. Оп. 1. Д. 263. Л. 3 об.
  5. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 5569. Л. 4-4 об.
  6. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6489. Л. 36.
  7. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6481. Л. 1-2 об.; Д. 6485. Л. 1-4 об.
  8. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6489. Л. 36
  9. РФ ГАЯО. Ф. 341. Оп. 1. Д. 121. Л. 9 об.; Ф. 197. Оп. 1. Д. 6489. Л. 36.
  10. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6486. Л. 8, 9.
  11. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6491. Л. 12.
  12. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6482(а). Л. 3, 6, 9; Ф. 341. Оп. 1. Д. 121. Л. 22-22 об.
  13. Добровальская Э.Д. Указ. соч. С. 132; РФ ГАЯО. Ф. 341. Оп. 1. Д. 96. Л. 1, 2 об. - 4
  14. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 5568. Л. 5-7, 12. 14.
  15. РФ ГАЯО. Ф. 341. Оп. 1. Д. 363. Л. 2.
  16. РФ ГАЯО. Ф. 197. ОП. 1. Д. 6641-6645. Примечательно, для получения жалованья каждой из названных категорий служащих оформлялась отдельная ведомость.
  17. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6645. Л. 1-6; Д. 341. Оп. 1. Д. 263. Л. 2-2 об.
  18. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6643. Л. 1-13; Д. 6483. Л. 1 об.
  19. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6641. Л. 1-29 об.; Ф. 341. Оп. 1. Д. 236. Л. 3 об.-5.
  20. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 5568. Л. 96-108; Д. 291. Л. 1-2; Ф. 197. Оп. 1. Д. 6487. Л. 1-2, 4 об.
  21. РФ ГАЯО. Ф. 341. Оп. 1. Д. 363. Л. 2.
  22. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6483. Л. 2-3.
  23. РФ ГАЯО. Ф. 197. Оп. 1. Д. 6491. Л. 6, 9 об., 10, 12; Ф. 341. Оп. 1. Д. 288. Л. 1-1 об.; Д. 121. Л. 17-19.