Р.Ф. Алитова

К истории церковного строительства в Ростовском уезде (XVIII – начало XIX вв.)

Иллюстрации

Общая картина развития каменного церковного строительства в Ростовском уезде1 до сих пор остается неясной. Уездные церкви рассматриваются, в основном, в изданиях второй половины XIX – начала XX вв. В справочно-статистической литературе приведены обзорные сведения – указаны даты строительства, храмоздатели, число престолов, а также церковный капитал, величина прихода и количество земли при церкви2. Более подробная характеристика всех храмов Ростовского уезда дана А.А. Титовым в монографии «Ростовский уезд Ярославской губернии»3. Автор, помимо данных, аналогичных помещённым в справочниках, указывает количество церковных глав и материал, из которого построено здание, касается истории строительства, упоминает предыдущие церкви, сообщает какие совершаются крестные ходы и есть ли древние или особо чтимые иконы. А.А. Титов, кроме того, написал ряд брошюр, посвященных селам Ростовского уезда4. Церкви Ростова и уезда были описаны протоиереем Ф. Моревым во время поездок по епархии епископа Ярославского и Ростовского Ионафана в 1880-е гг.5 В этих описаниях кратко охарактеризованы и церковные интерьеры - их архитектурное и живописное решение, строение иконостасов. Не менее важно и то, что жанр «Обозрения …», предполагающий некоторую субъективность и оценочность, дает представление о восприятии храма человеком конца XIX века. Описания церквей встречаются в статьях периодического издания «Ярославские епархиальные ведомости», посвящённых торжествам освящения церквей (села Назорное, Никольский погост на Дору, Николо-Перевоз, Погорелово, Спас-Городец), представляющих этнографические очерки о сёлах, предания о чудотворных иконах и чудесах (Никольский погост у Иисусова креста)6, собственно описания храмов (село Николо Бой) или их летопись (село Сабурово). И, наконец, чрезвычайно редки отдельные брошюры с историческим описанием конкретной церкви7.

Во 2-й половине XX в. появляется литература научно-популярного характера, где описываются архитектурные памятники, расположенные в окрестностях Ростова Великого8. Авторы уделяют особое внимание церковным зданиям, акцентируя их архитектурные особенности, но допускают неточности при указании датировок (время строительства, перестроек) и храмоздателей. А поскольку издания являются путеводителями, памятники представлены избирательно, поэтому основная их часть остаётся вне поля зрения. Изданная в 2000-2001 гг. краткая иллюстрированная энциклопедия «Монастыри и храмы земли Ярославской»9, к сожалению, страдает многочисленными ошибками.

В настоящей статье рассматриваются некоторые вопросы сельского церковного зодчества в XVIII – начале XIX вв. на материалах Ростовского уезда. Хронологические рамки исследования ограничены 1714 г. (издан указ Петра I о запрещении каменного строительства в России за исключением С.-Петербурга) и 1825 г. (обнародован именной указ об издании проектов каменных церквей). Выбор периода обоснован следующими причинами: 1. К 1825 г. была построена большая часть каменных церквей в Ростове и уезде. 2. К началу XIX в. складывается достаточно четкая схема юридического оформления церковного строительства, действующая вплоть до начала XX в. 3. В 1825 г. начинает создаваться единая централизованная система проектирования церковных зданий и церковная архитектура утрачивает особые черты, связанные с местными строительными традициями.

В XVIII в. в уезде, как и на территории всей России, строятся преимущественно деревянные храмы. По статистическим данным 1788 года в Ростовском уезде числится 81 церковь, из них всего 36 каменных; в Петровске и Петровском уезде – 100 церквей, из них 22 каменные10. Деревянное строительство прекратилось только после указа от 25 декабря 1800 г., запрещающего строить деревянные церкви «вновь на место погорелых»11.

К началу XVIII в. в окрестностях Ростова стояли семь каменных церквей, построенных на рубеже XVII-XVIII вв., – в Угодичах, Погорелове, Скнятинове-Языковых, Вощажникове, Никольском в горах, Троицком на Бору. Завершая этот ряд памятников, в 1709 г. возводится Никольская церковь в Угодичах12.

После указа от 1714 г. на протяжении более чем 30 лет каменные церкви в уезде не строятся. Строительство возобновляется при митрополите Арсении Мацеевиче (1742-1763). Митрополит выдал храмозданные грамоты для восьми церквей (причем сам был заказчиком одной из них – в селе Шестакове). Первой возводится церковь в Карагочевском погосте (1747 г., утрачена). Одновременно, в Ростове в 1745 г. начинает строиться церковь Николы на Подозерье.

Наибольшее количество церквей в уезде выстроено в период управления епархией архиепископом Арсением Верещагиным (1783-1799). За 16 лет им было выдано около 40 храмозданных грамот. Его преемник, архиепископ Павел (1800-1806) дал грамоты на строительство 24 церквей.

Всего за рассматриваемый период времени (до 1825 г.) в уезде были выданы храмозданные грамоты на строительство 124 храмов (к началу XX в. в уезде числилось 154 церкви). Во второй половине XIX в. церковные здания в основном перестраивались (расширялись трапезные, обстраивались колокольни, в редких случаях увеличивались алтари и храмовые объёмы).

В XVIII – начале XIX вв. количество строившихся храмов ограничивалось законодательством. Ряд указов, подтверждающих предыдущие, определяет причины таких ограничений. Если первые указы просто запрещали архиереям строить лишние церкви, то последующие определяли количество прихода и уровень принятия решений о строительстве (Синод или епархиальный архиерей)13. Сложившееся в 1720-е гг. законодательство действует на протяжении всего XVIII в.: Синодский указ от 10 декабря 1770 г.14 подтверждает указ от 24 октября 1722 г., Синодский указ от 24 сентября 1800 г. подтверждает Духовный регламент15, указ от 13 июля 1722 г. и указ от 10 декабря 1770 г.16

8 марта 1818 г. обнародован Синодский указ «О замене недостатка дворов, при составлении новаго церковнаго прихода, взносом в казенное место соразмернаго денежнаго капитала»17, отменивший указ от 1722 г., в котором определялось необходимое количество дворов в приходе. Однако, практика внесения определенного капитала в пользу причта существовала еще до 1818 г. Например, в 1803 г. для получения разрешения на строительство церкви, помещик села Богородского-Козохова Алексей Иванович Кологривов внес в сохранную казну Московского воспитательного дома 1000 рублей на содержание причта. Священнослужители должны были получать от этой суммы проценты по 50 рублей в год18.

Крестьянам села Чуфарова в 1810 г. было отказано в постройке каменной церкви из-за нехватки церковной земли «осми десятин». Прихожане решили «дополнить» церковную землю из своей, однако Казенная палата отказала «по недостатку у них тяглой земли». Тогда прихожане предложили внести деньги, и в 1811 г. был получен указ, разрешающий строительство19.

В 1804 г. подали прошение о строительстве прихожане церкви села Сущева. В селе была деревянная церковь, однако количество дворов не соответствовало указу от 1770 г. (всего 27 дворов и две души), поэтому архиепископ Павел отказал в строительстве20. Следующее прошение отправлено в апреле 1817 г., уже на имя архиепископа Антония, в нем сообщается, что «деревянная церковь приходит в ветхость, при ней приходских дворов состоит только дватцать семь, но в замен не достающаго указнаго количества дворов взнесено нами приходскими людьми в указное место шесть тысящ рублей»21 в пользу причта. Храмозданная грамота была дана 7 апреля 1817 г.22

Иногда приход увеличивали за счет приписывания к нему соседнего села с деревянной церковью. В октябре 1800 г. прихожане села Спас-Смердина подали в консисторию прошение о строительстве. Церковь по малоприходству (21 двор) строить не разрешили. Очередное прошение, уже 1801 г., прихожане подали в Синод и подробно обосновали свое желание строить новую церковь вместо: «… состоявшей в том селе издревле со времени царствования,<…Михаила Федоровича…> при ростовском митрополите Варлааме и потом в лето от сотворения мира 7212-е по благословлению святителя Димитрия Митрополита Ростовского Чудотворца возобновленной и им освященной деревянной Преображенской церкви…»23. Кроме того, село было окружено с трех сторон рекой и болотами, а с четвертой большими оврагами. Ссылаясь на затрудненность проезда к другим церквям, Синод приказал провести расследование «можно ли по вышепросительным обстоятельствам и во уважение древности» деревянной церкви построить каменную, приписав к ней в приход дворы из ближайших деревень24. Известны еще два прошения, поданные в 1801 г. и 1802 г. В результате к приходу Спас-Смердина приписали соседнее село Сумароково (в котором была деревянная церковь), нарезали недостающей церковной земли из крестьянских наделов и 23 августа 1802 г. выдали храмозданную грамоту25.

В 1800 г. консистория отказала в строительстве церкви крестьянам села Юрьевского (22 двора и 1 душа). Но прихожане посылали прошение за прошением, упоминая о наличии большого количество церковной земли (88 десятин). В результате к Юрьевскому был приписан приход соседнего села Воскресенского и в 1802 г. церковь строить разрешили26.

На протяжении XVIII в. церкви строились «по подобию прочих святых церквей» или «по чину грекороссийскому». Государственных законов и правил, определявших архитектурный облик церковных зданий, не существовало. Указы, регламентирующие строительство и ремонт, касались исключительно алтарей и прежних деревянных церквей. Об использовании разобранных деревянных церквей говорит Синодский указ от 9 октября 1742 г. «… лес, ежели угоден явится, употреблять в строение новой церкви, а прочее ветхое употреблять же в церковное топление или на печение просфор …»27. Синодским указом от 5 мая 1774 г. разрешалось производить «починку» церковных зданий «… без дозволения Епархиальных Архиереев, если оная не касается олтаря, и без повреждения престола быть может»28.

Печатные издания «образцовых» проектов церквей29 начинают издаваться только в первой трети XIX в. В 1824 г. выходит «Собрание планов, фасадов и профилей для строения каменных церквей». Проекты для альбома составили архитекторы А.А. Михайлов и И.И. Шарлемань. 14 февраля 1825 г. обнародован именной указ «О проектах планам и фасадам для строения каменных церквей», настоятельно рекомендовавший «образцы» губернаторам. В указе объяснялась насущность издания: «Некоторые Епархиальные Архиереи и Начальники Губерний, замечая важныя неудобства построении каменных церквей, при недостатке опытных архитекторов, и случающиеся нередко от того опасности, изъявили желание, дабы доставлены были в Губернии планы и фасады сим зданиям разной величины, с достаточным руководством для строителей»30.

Первые косвенные свидетельства об имевшихся у строителей сельских церквей Ростовского уезда «планах и фасадах» появляются в конце XVIII в. С этого времени проекты рассматриваются в Ярославской консистории и оседают в церковных архивах. Движение чертежей отражается в документах, что позволяет выявить их существование. «Планы и фасады» обычно прилагались к челобитным. В документах консистории встречаются упоминания о проектах церквей сел Новосёлки-Зюзино (план с фасадом и грамота 1775 г.)31, Любилки (подписан в 1796 г. архиепископом Арсением)32, Ивашкова (1798 г., грамота дана в 1792 г.), Алешкова (1801 г.)33, Гуменца (1801 г. подписан архиепископом Павлом)34, Поклон (1801 г.)35, Спас-Смердина (1802 г.)36, Василькова (1804 г.)37, Никольского погоста на Печегде (1805 г.)38, Алевайцына (1807 г.)39, Новопавловского (грамота дана в 1810 г.)40.

В отдельных случаях планы церквей присылали титулованные заказчики. Например, проект церкви села Алексеевского в Гарях (прошение о строительстве подано в 1790 г.) был получен из Москвы от бригадирши Александры Павловны Давыдовой и князя Федора Николаевича Голицына (тайного советника, куратора Московского университета, действительного камергера)41. Проект церкви в Татищевом погосте прислал владелец села, Дмитрий Павлович Татищев (тайный советник, член Коллегии иностранных дел, действительный камергер), якобы из Италии42.

Однако, чаще всего проекты церквей составлялись в консистории. В некоторых документах прослеживается жесткий контроль за ведением строительных работ со стороны епархиального начальства и требование обязательного наличия чертежа. Иногда возникали непредвиденные и казусные ситуации. Так, 26 июня 1799 г. была выдана грамота на постройку каменной церкви в Спас-Подгорье, однако в 1801 г. строительство еще не начиналось, хотя было собрано 2000 рублей по книге для сбора пожертвований. В январе 1802 г. консистория отправляет священнику указ, требующий немедленно представить «план и фасад» и летом начать строительство43. Подканцеляристу консистории Андрею Мизерову было велено для «вновь строющейся церкви план и фасад на щет церковной суммы начертить новый по правилам архитектуры соразмерной количеству прихожан». Прихожане отчего-то не явились для получения плана и Мизеров 24 июля 1803 г. подает рапорт в консисторию, в котором жалуется, что не знает «на каком местоположении иметь будет их строиться церковь, каким образом фасад расположить и ризницы две или одну выставить»44. Мизерова отправили в село осмотреть место и сочинить план по желанию прихожан, однако, жители села заявили приехавшему чиновнику, что строить церковь они вовсе не желают45. Известно, что Андрей Мизеров делал проекты для церквей в Караше (1803 г.)46 и Боровицах (1803 г.)47.

Сметы на строительство составлял и подписывал губернский архитектор (в 1808 г. – Герасим Петров для Ильинского на Белыни)48. В отдельных документах появляются сведения и о наблюдении архитектора за строительством. Например, «… под присмотром архитектора…»49 в 1802 г. начала строиться церковь в Богородском-Козохове.

Проекты рассматривал и утверждал глава епархии. Иной раз устроителям церкви приходилось предлагать несколько планов. В сентябре 1800 г. прихожане церкви села Львы (рис.1) подали прошение о строительстве каменной церкви вместо деревянной, возведенной в 1750 г., «состоящей в твердости», но холодной. Новую церковь предполагалось построить тоже холодной, но с теплым приделом. К прошению прилагался чертеж (рис.2)50. В строительстве было отказано «по малоприходству» (27 дворов)51. В течение 1801-1804 гг. прихожане отправили еще пять прошений и представили два других проекта (рис.3, 4)52. Ни один из предложенных проектов не устроил архиепископа Павла: «Как из приложенных при сем деле трех планов по неисправности их, мы ни одного утвердить не можем, то велеть левским прихожанам представить новый исправный план с фасадом»53.Четвертый план (рис. 5) архиерей утвердил и 9 октября 1804 г. дал грамоту54.

Случалось и так, что храмоздатели настаивали на своем варианте проекта. 30 мая 1801 г. архиепископ Павел дал грамоту на строительство церкви в селе Боровицы55. Спустя некоторое время, 25 декабря 1802 г., прихожане обратились в консисторию с просьбой позволить перенести придел св. Параскевы из трапезы в алтарь (построить в ряд два алтаря), из-за того, что «совершаемаго в настоящей церкви богослужения, не малая часть молящихся за оным приделом, так и благолепия иконостаса в целом виде зреть не удостоится»56. На прошение наложена резолюция архиепископа Павла: «быть двум престолам в одной линии по бокам, а в средине столбу, весьма не прилично и не благопристойно»57. Прихожанам «внушали» и советовали оставить один престол или построить двухэтажную церковь, однако, выяснилось, что они подрядили каменщиков, заготовили материал и «осмелились уже по оному плану в предуготовление для скорейшаго сооружения церкви зделать фундамент довольно глубокой из великих и весма тяжелых камней»58. В результате архиерей вынужден был разрешить постройку церкви по плану прихожан59.

В архивных документах ярославской консистории обнаружены еще два проекта – церквей сел Ивашкова (ок 1798 г., рис. 6)60 и Хлебниц (ок. 1794 г., Рис. 7)61. Это достаточно редкие находки. Церковные планы и фасады отправлялись на рассмотрение в консисторию вместе с прошениями о строительстве. Утвержденные проекты возвращались прихожанам и в дальнейшем хранились в церковных архивах, разоренных после 1917 г. Их копии начинают откладываться в делах губернской строительной комиссии только во второй половине XIX в. Поэтому чертежи сельских церквей конца XVIII – начала XIX вв. практически не сохранились.

Проекты храмов в Ивашкове и Хлебницах принадлежат к распространенному типу бесстолпного кубического пятиглавого храма с небольшой трапезной и шатровой колокольней. Найденные чертежи позволяют выявить факт использования одного «образца» для строительства нескольких церквей. Успенская церковь в Ивашкове построена в 1801 г. по храмозданной грамоте 1792 г. (рис. 8). Вслед за ней, с разницей в один год, сооружаются Покровская церковь в Осоеве (1802 г., рис. 9)62 и Ильинская церковь в Усове (1803 г., Рис. 10) Все три памятника практически одинаковы63, видимо, здания в Осоеве и Усове строились по «образцу» Ивашковской церкви.

Церковь Димитрия Солунского в Хлебницах построена в 1800 г. по храмозданной грамоте 1794 г. (рис. 11)64. В эти же годы, на рубеже XVIII-XIX вв., возводятся храмы в селах Талицы (Никольская церковь, построена в 1806 г., рис. 12), Зверинец (Троицкая церковь, грамота дана в 1799 г., освящена в 1805 г., рис. 13), Вексицы (Георгиевская церковь, грамота дана в 1789 г., освящена в 1793 г., рис. 14), Деревни (церковь Василия Великого, построена в 1798 г., рис. 15). Архитектурные решения северного и южного фасадов храмовых объемов пяти памятников однотипны. Во всех случаях это высокие пятиглавые бесстолпные четверики в три света, с круглыми окнами второго яруса. Более того, здания в Талицах, Деревнях и Зверинце чрезвычайно похожи, различие состоит лишь в некоторых деталях декора. Существование возведенных в одно время одинаковых храмов однозначно свидетельствует об использовании вариантов одного проекта.

Рассмотренные типологические группы отнюдь не единственные на территории Ярославской губернии. Достаточно привести в пример церкви, строившиеся в конце XVIII – начале XIX вв. в ярославских вотчинах Шереметевых65.

Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы. Статистика церковных построек в Ростовском уезде в основном соотносится с общероссийской – увеличение объема строительства храмов в России происходит именно в конце XVIII – начале XIX вв. Несмотря на строгие ограничения законодательства, необходимость постройки каждого церковного здания рассматривалась индивидуально, с учетом всех обстоятельств (важным считалось не только количество прихода и церковной земли, но и как в случае с церковью в Спас-Смердине, учитывалась «древность» храма). В XVIII в. еще не существовало системы архитекторского надзора, что и вызвало появление в свет закона от 1825 г.

Церкви владельческих сел (иногда входившие в усадебные ансамбли) часто возводились по проектам, представленным заказчиками. Об этом свидетельствует индивидуальность и стилевое единство памятников. Для сельских храмов, строившихся миром, проекты сочинялись в консистории. Именно епархиальное начальство начинает требовать «планы и фасады». Возможно, появление чертежей связано с деятельностью губернской строительной экспедиции, созданной в 1777 г. одновременно с образованием наместничества. Однако, факты взаимодействия экспедиции и консистории пока не выявлены, в сравнении с более поздним (после 1833 г.) сотрудничеством консистории и строительной комиссии. Вероятно, в консистории были расхожие «образцы», которые и предлагались строителям церквей за неимением собственного проекта. Необходимо также отметить устойчивое обращение авторов этих «образцов» к древнерусской традиции (использование объемно-пространственных схем и элементов декора).

  1. На протяжении XVIII в. границы бывшего Ростовского уезда неоднократно менялись. При Петре I Ростов – уездный город Московской губернии. В 1719 г. губернии были разделены на 50 провинций и Ростов вошел в состав Переславской провинции. Вслед за утверждением Екатериной II нового административного устройства России и образованием Ярославского наместничества (указ от 23 февраля 1777 г.) территория Ростовского уезда уменьшилась за счет создания Петровского уезда. В 1797 г. Ростовский уезд был восстановлен в границах 1777 г. В настоящей работе территория Ростовского уезда рассмотрена в границах конца XIX в.
  2. Крылов А. Историко-статистический обзор Ростовско-Ярославской епархии. Ярославль, 1861.; Краткие сведения о монастырях и церквах Ярославской епархии. Ярославль, 1908.
  3. Титов А.А. Ростовский уезд Ярославской губернии. М., 1885.
  4. Титов А. А. Вепрова пустынь. Исторический очерк. Ярославль, 1887; Титов А. А. Воржская волость (исторический и статистический очерк). Ярославль, 1881.
  5. Обозрение епархии Преосвященнейшим Ионафаном, Епископом Ярославским и Ростовским // ЯЕВ. 1882, 1883, 1884, 1886. Часть неоф.
  6. Сказание и объявление честнаго животворящаго креста Господня и чудотворца Николая // Ярославския епархиальныя ведомости. 1873. Часть неоф. С. 1-5; Чудеса и благодатные исцеления от животворящего креста Господня и святителя и чудотворца Николая в погосте Никольском, что словет на болоте у Иисусова креста Ростовского уезда // Ярославския епархиальныя ведомости. 1874. Часть неоф. С. 281, 289, 297.
  7. Например – Заболотский С. Село Татищев погост и приход его Ярославской губернии, Ростовскаго уезда. СПб., 1911.
  8. Ильин М.А. Путь на Ростов Великий. М., 1975; Федотова Т.П. Вокруг Ростова Великого. М., 1987.
  9. Монастыри и храмы земли Ярославской. Ярославль-Рыбинск, 2000-2001. Т. 1-3.
  10. ГАЯО. Ф. 197. Оп. 2. Д. 645а. ЛЛ. 7-13 об.
  11. ПСЗРИ. Издание первое. СПб., 1839. Т. XXVI. №19701. С. 483.
  12. Мельник А. Г. Никольская церковь села Угодич близ Ростова Великого // Памятники культуры. Новые открытия 2000. М., 2001. С. 529-535.
  13. Первым в ряду подобных указов 22 января 1716 г. был издан Сенатский закон «О разсылке копий с обещания, чинимаго Архиереями при поставлении их в сей чин». Пункт 4 обещания гласил: «Церквей, свыше потребы, для прихотей вновь самому мне не строить, и другим не попускать, дабы потом не пустели…» Эти же ограничения подтверждаются в Регламенте или Уставе Духовной Коллегии, утвержденном 25 января 1721 г. В 8 пункте Регламента сказано: «Смотрети же должен Епископ, чего смотреть обещался с клятвою на своем поставлении… дабы лишних безлюдных церквей не строено…»
    В 1722 г. требования ужесточаются – 30 апреля 1722 г. опубликован Синодский указ «О грамотах на построение церквей», в котором запрещалось строить новые церкви без разрешения Синода. 24 октября 1722 г. издан еще один указ, подтверждающий этот запрет. В нем же впервые определяется необходимое количество дворов в приходе одной церкви – не разрешалось строить церкви в селах где было меньше 40 дворов, а в городах, где меньше 20 дворов. Указ 22 декабря 1726 г. позволяет вновь обращаться с прошениями к архиереям, а не в Синод. В Синод отправлялись копии указов о строительстве.
    Церковные власти, ограничивая строительство церквей, заботились о благосостоянии причта. Например, 9 октября 1742 г. был обнародован Синодский указ «О дозволении помещикам строить новыя церкви, вместо обветшалых, в том только случае, когда они обяжутся снабдить оныя всеми потребностями и отвести священнослужителям достаточное количество земли и покосов …»
  14. ПСЗРИ. Издание первое. СПб., 1839. Т. XIX. №13541. С. 176.
  15. ПСЗРИ. Издание первое. СПб., 1839. Т. VI. №3718. С. 323.
  16. ПСЗРИ. Издание первое. СПб., 1839. Т. XIX. №13541. С. 176.
  17. Аналогичный Сенатский указ обнародован позже - 11 июля 1818 г.
  18. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 3143. Л. 2; Ф. 230. Оп. 1. Д. 1646. Л. 10.
  19. РГИА. Ф. 796. Оп. 91. Д. 600. ЛЛ. 1-1об.
  20. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1630.
  21. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 6241. Л. 1.
  22. Там же. Л. 3.
  23. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 282. Л. 34.
  24. Там же. Л. 34.
  25. Там же. Л. 74.
  26. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 283.
  27. ПСЗРИ. Издание первое. СПб., 1839. Т. XI. №8625. С. 669.
  28. ПСЗРИ. Издание первое. СПб., 1839. Т. XIX. №14144. С. 940.
  29. Собрание планов, фасадов и профилей для строения каменных церквей. СПб., 1824; Фасады церквей, колоколен и иконостасов, проектированные и изданные архитектором, надворным советником и кавалером А. С. Кутеповым. М., 1829.
  30. ПСЗРИ. Издание первое. СПб., 1839. Т. XL. № 30226. С. 65-66.
  31. РФ ГАЯО. Ф. 196. Оп. 1. Д. 8277. Л. 18 об.
  32. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 291. Л. 1.
  33. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 606. Л. 1.
  34. РФ ГАЯО. Ф. 196. Оп. 1. Д. 11238. Л. 21 об.
  35. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 609. Л. 1 об.
  36. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 282. Л. 60.
  37. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1631. Л. 1.
  38. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1961. Л. 1.
  39. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1707. Л. 1.
  40. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 9796. Л. 26.
  41. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 983. Л. 1 об.
  42. Титов А. А. Село Татищев-погост и секта Аристовцев в Ростовском уезде, Ярославской губернии. Ярославль, 1886. С. 6.
  43. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 14499. Л. 3.
  44. Там же. Л. 128.
  45. Там же. Л. 132.
  46. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1262. Л. 8.
  47. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1246. Л. 5.
  48. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 3139. Л. 4.
  49. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1646. Л. 1.
  50. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 280. ЛЛ. 1-3.
  51. Там же. Л. 12.
  52. Там же. ЛЛ. 33, 34.
  53. Там же. Л. 55 об.
  54. Там же. Л. 59 об.
  55. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 279. Л. 22 об.
  56. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 1246. Л. 1.
  57. Там же. Л. 5.
  58. Там же. ЛЛ. 7-7 об.
  59. Там же. ЛЛ. 9-9 об.
  60. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 625. Л. 20
  61. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 290. Л. 15.
  62. Храмозданная грамота 1793 г.
  63. Подробнее см.: Алитова Р.Ф. Об одной типологической группе церквей в окрестностях Ростова // IX Золотаревские чтения. Тезисы.- Рыбинск, 2002. С. 106-108.
  64. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 290. Л. 1.
  65. Подробнее см.: Алитова Р.Ф. К истории и типологии церквей конца XVIII – начала XIX вв. в ярославских вотчинах Шереметевых // Сообщения Ростовского музея. Вып. XII. Ростов, 2002. С. 156-169.