А.Г. Мельник

Житийный цикл преподобного Авраамия в стенописи (1683) церкви Иоанна Богослова Ростовского кремля

Иллюстрации

Нижний регистр настенной росписи, выполненной в 1683 г. в церкви Иоанна Богослова Ростовского архиерейского дома (кремля), посвящен житию местного святого, преподобного Авраамия. Выше, один над другим, располагаются соответственно житийный цикл апостола Иоанна Богослова и евангельский цикл. Большинство из тех, кто писал о монументальной росписи данного храма, уделяло некоторое внимание и житийному циклу св. Авраамия1 (далее – Цикл). Первой специально посвященной ему работой стал доклад Т.Ю. Воробьевой, прочитанный на конференции в Ростовском музее в 1983 г. Как представляется, наиболее существенный вывод автора заключается в том, что в основу Цикла легла первая или краткая редакция жития святого2. В 1995 г. в моей работе об иконе второй половины XVII в. Авраамия Ростовского с житием, состоящим из шестнадцати клейм, было обращено внимание на значительное иконографическое сходство четырнадцати этих клейм с большинством композиций Цикла3. В последнее время вышли в свет две специальные публикации Т.Л. Никитиной о стенописи названной церкви. Но в них Цикл не был изучен с достаточной полнотой. Вместе с тем Т.Л. Никитина заявила, имея в виду житийный цикл упомянутой выше иконы Авраамия, что фресковый Цикл «предельно сокращен по сравнению с иконописным»4. Как увидим ниже, это высказывание просто не соответствует действительности. По существу, интересующий нас Цикл так и не был подвергнут до сей поры ни детальному иконографическому анализу, ни тщательному сопоставлению с текстом жития святого. Решению преимущественно этих задач и посвящена предлагаемая работа.

Предварительно следует сказать следующее. Как известно, заказчиком росписи указанного храма был ростовский митрополит Иона (1652-1690). Ему же, очевидно, принадлежал и замысел ее иконографической программы. Надо полагать, сам факт появления в стенописи церкви, посвященной Иоанну Богослову, житийного Цикла преподобного Авраамия обусловлен особым отношением Ионы к этому ростовскому святому, и, в частности, стремлением повысить значимость его культа. Можно предположить, откуда Иона взял необычную идею совмещения в одной фресковой росписи трех разных по содержанию циклов. Это находящийся в Ростовском Авраамиевом монастыре многопридельный Богоявленский собор, в котором сходным образом объединены престолы, посвященные Христу (Богоявлению), Иоанну Богослову и Авраамию.

Даже при самом общем взгляде на живопись Цикла легко видеть, что составляющие его композиции отделены одна от другой либо условными горками, либо архитектурными кулисами, и таких композиций не тринадцать, как считает Т.Л. Никитина5, а семнадцать (рис. 1). К сожалению, надписи, определявшие содержание композиций Цикла, ныне почти целиком утрачены. Конечно, смысл многих, но далеко не всех композиций вполне очевиден и давно известен. Однако для определения содержания всех представленных в Цикле сцен необходимо было их сопоставление с текстами первой редакции жития Авраамия Ростовского6. Результатом такого сопоставления стал нижеследующий перечень композиций Цикла:

1) Пострижение преподобного Авраамия в иноки; 2) Моление преп. Авраамия Богу о даровании ему духовных сил для разрушения идола Велеса; 3) Встреча преп. Авраамия со старцем. «И оба поклонистася между собою»; 4) Преп. Авраамий беседует со старцем и получает от него совет идти в Царьград и молиться там у иконы Иоанна Богослова для обретения чаемых духовных сил; 5) Старец благословляет преп. Авраамия идти в Царьград; 6) Встреча у реки Ишни преп. Авраамия с апостолом Иоанном Богословом «имуща в руце трость». Этой тростью апостол повелел святому разрушить идола Велеса; 7) Преп. Авраамий разрушает идола Велеса; 8) Епископ благословляет преп. Авраамия на основание Богоявленского монастыря; 9) Преп. Авраамий принимает братию в свой монастырь; 10) Поставление епископом преп. Авраамия в сан архимандрита; 11) Преп. Авраамий покрывает крестом сосуд, в который проник бес; 12) Один из ростовских князей в отсутствие преп. Авраамия, сняв крест с сосуда, нечаянно выпускает из него беса; 13) Бес угрожает отомстить Авраамию за свои мучения в сосуде; 14) Бес перед великим князем Владимиром клевещет на преп. Авраамия («Бес преобразися во образ воина иде ко князю во Владимир»7); 15) Преп. Авраамия препровождают на суд к великому князю Владимиру; 16) Преп. Авраамий и бес на суде перед великим князем Владимиром; 17) Погребение преп. Авраамия.

Повествование Цикла начинается на южной стене церкви, продолжается на западной и заканчивается на северной стене. В целом композиции Цикла читаются слева направо. Но в этом порядке очевидны следующие отклонения. Композиции 3, 4 и 5 следуют по спирали, композиции 8 и 9 читаются сверху вниз, а композиции 15 и 16 – снизу вверх (рис. 1).

Далее каждая из композиций Цикла будет описана и сопоставлена с изображениями в клеймах упомянутой житийной иконы Авраамия второй половины XVII в., которую для краткости будем называть просто Икона (рис. 9).

1-я композиция (рис. 2). На переднем плане слева св. Авраамий, склонившийся перед совершающим обряд пострижения священником. На втором плане за тем и другим две группы духовных и светских лиц, над которыми возвышается пятиглавый храм в виде так называемой «нутровой палаты». В Иконе в 1-м клейме мы видим тех же Авраамия и священника в сходных позах. На втором плане одноглавый храм. Никаких иных персонажей больше в этом клейме не изображено.

2-я композиция (рис. 3). На переднем плане Авраамий представлен в повороте вправо от зрителя в молении, перед аналоем с книгой и иконой Иисуса Христа. На втором плане – гражданские здания в виде нутровых палат. Во 2-м клейме Иконы в подобной же позе, только в повороте влево, перед иконой Христа и аналоем показан св. Авраамий. На втором плане Ростовское озеро и иконные горки.

3-я композиция (рис. 3). На переднем плане св. Авраамий и безымянный старец в почти одинаковых коленопреклоненных позах друг перед другом. На втором плане иконные горки. Подобная композиция отсутствует в Иконе.

4-я композиция (рис. 3). На переднем плане на фоне нутровой палаты показаны сидящими друг перед другом св. Авраамий и упомянутый старец. В 3-м клейме Иконы на переднем плане представлена сходная композиция. На втором плане иконные горки и строения условных форм.

5-я композиция (рис. 3). На переднем плане старец, расположенный справа, благословляет св. Авраамия. На втором плане горки. В левой части 5-го клейма Иконы имеется сходная композиция, только как бы в зеркальном отражении. На втором плане слева строение условных форм и горки. В правой части того же клейма изображен идущий св. Авраамий.

6-я композиция (рис. 4). На переднем плане справа Иоанн Богослов, в левой руке которого трость (жезл) с восьмиконечным крестом в завершении. Перед апостолом преп. Авраамий представлен дважды – стоящим в полный рост и коленопреклоненным, которого Иоанн Богослов благословляет правой рукой. Здесь явно совмещено два следовавших одно за другим события: первое – встреча апостола и преподобного, и второе – моление последнего перед Иоанном Богословом. На втором плане река (очевидно Ишня) с перекинутым через нее мостом, горки и на дальнем плане город, надо полагать – Ростов. В левой части 6-го клейма Иконы на переднем плане представлена подобная же композиция, на втором плане горка. В правой части того же клейма на втором плане – молящийся Авраамий на фоне одноглавого храма. Следует отметить, что в данном клейме трость увенчана не восьмиконечным, как во фреске, а шестиконечным крестом, подобным так называемому кресту Авраамия.

7-я композиция (рис. 4). На переднем плане слева преп. Авраамий нижним концом жезла наносит удар идолу Велеса, представленному в виде статуи на высоком ступенчатом пьедестале. Над идолом расположена некая сень на фигурных столбах. В основании упомянутого пьедестала изображены обломки поверженного идола. Как видим, здесь показано два следовавших одно за другим события – акт разрушения идола и момент, когда он уже был разрушен. Справа изображен некий монах, наблюдающий данные сцены. На втором плане горки и город, очевидно, Ростов. Причем он изображен по-иному, чем в предыдущей композиции. В 7-м клейме Иконы подобная же композиция. Только здесь Авраамий разрушает идола тем концом жезла, который увенчан шестиконечным крестом. На втором плане клейма – здание и условные горки.

8-я композиция (рис. 5). На переднем плане епископ (слева) благословляет Авраамия. На втором плане нутровая палата. Данная композиция в Иконе отсутствует.

9-я композиция (рис. 5). На переднем плане изображен сидящий св. Авраамий, перед ним группа монахов. Сцену обрамляет одноглавый храм в виде нутровой палаты. В 9-м клейме Иконы – сходная по иконографии сцена, на втором плане – одноглавый храм и гражданские строения.

10-я композиция (рис. 5). На переднем плане епископ и прислуживающий ему клирик осуществляют обряд поставления св. Авраамия в сан архимандрита. На втором плане две группы клириков и других лиц. Дело происходит в пятиглавом храме в виде нутровой платы. Сходная сцена представлена в 10-м клейме Иконы, на втором плане - пятиглавый храм.

11-я композиция (рис. 5). На переднем плане св. Авраамий кладет крест на горлышко сосуда. На втором плане тот же святой читает книгу перед иконой Иисуса Христа. Обе сцены, почти слившиеся в одну, представлены в нутровой палате. Обе эти сцены имеют место и в 11-м клейме Иконы. Только они представлены не одна над другой, как во фреске, а рядом друг с другом. На втором плане клейма – различные строения.

12-я композиция (рис. 6). На переднем плане ростовские князья склонились над сосудом, один из них держит в руках крест. Из сосуда вылетает бес. На втором плане две группы людей. Вся сцена представлена в нутровой палате. Сходная сцена имеется в правой и средней частях 12-го клейма Иконы. Только за фигурой князя справа отсутствует группа людей. На втором плане условные изображения строений. У правого края клейма – Авраамий, трудящийся на братию.

13-я композиция (рис. 6). На переднем плане преп. Авраамий, над ним слева – летящий бес. На втором плане иконные горки и условные строения. Сходная сцена представлена в левой части 13-го клейма Иконы, только в ней бес изображен не летящим, а стоящим перед святым.

14-я композиция (рис. 6). На переднем плане справа на троне восседает великий князь Владимир, перед ним слева бес с воздетыми руками. За князем видна группа воинов. За бесом также изображены какие-то люди. Похожая сцена имеется в правой части 13-го клейма Иконы. Некоторые отличия между этими сценами состоят в следующем. В Иконе бес показан без крыльев в виде обычного человека, воин же или придворный на той же Иконе стоит не за князем, а правее его.

15-я композиция (рис. 7). На переднем плане изображен св. Авраамий верхом на осле. Слева от святого сопровождающий его воин, справа верхом некий человек, который многозначительно указывает на сцену в шестнадцатой композиции Цикла. На втором плане рассматриваемой композиции иконные горки. В Иконе отсутствует прямой аналог данной композиции.

16-я композиция (рис. 7). На переднем плане великий князь Владимир, восседающий на троне, перед ним слева св. Авраамий. Слева от него воин, а справа бес, указывающий на святого. Фоном данной сцены служит нутровая палата. На Иконе в 16-м клейме представлена сходная сцена, только в ней за троном князя изображена группа придворных, а на втором плане – строения условных форм.

17-я композиция (рис. 8). На переднем плане гроб, в котором покоится тело св. Авраамия. Над гробом с гробовой крышкой в руках склонился монах или послушник. На втором плане священник с раскрытой книгой и диакон, за ними другие духовные и, возможно, светские лица. На заднем плане – пятиглавый храм. Сходная композиция представлена в последнем 17-м клейме Иконы, только в ней на втором плане изображен не пятиглавый, а одноглавый храм и другие строения.

Как мы убедились, четырнадцать (1, 2, 4, 5, 6, 7, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 16, 17) композиций Цикла очень схожи с названными выше сценами в клеймах Иконы. Причем указанным сходством обладают преимущественно изображения главных персонажей переднего плана. Как правило, в отличие от клейм Иконы композиции Цикла имеют большее количество персонажей второго плана. Архитектурные же кулисы того и другого произведения существенно отличаются. На иконе эти кулисы обладают большей архаичностью, чем в рассматриваемой стенописи. Часть житийных сцен клейм Иконы отсутствует в Цикле. В то же время в последнем имеется три композиции (3, 8, 15), которые не представлены на Иконе.

Приведенные наблюдения свидетельствуют о явном иконографическом родстве Цикла и Иконы. Но родство это не прямое. Скорее всего, оба произведения восходят к общему неизвестному иконографическому протографу. Вероятно, им являлась одна из утраченных житийных икон преподобного Авраамия, хранившаяся в Ростовском Богоявленском монастыре – месте упокоения этого святого.

Если бы названный протограф дошел до нашего времени, мы могли бы, сопоставив его с Циклом, уверенно говорить о специфике замысла последнего, который, вероятно, принадлежал его заказчику, митрополиту Ионе (1652-1690). Но того монастырского иконописного памятника, очевидно, давно уже не существует. И нам ныне приходится только догадываться, в чем митрополит Иона велел художникам рассматриваемой стенописи следовать монастырской иконе достаточно точно, в чем несколько отступить от нее, какие ее композиции полностью исключить, а какие написать заново по его указаниям. Однако неоднократно упоминавшаяся выше житийная Икона, написанная для приходской церкви ростовской Спасской слободы, принадлежавшей до середины XVIII в. Авраамиеву Богоявленскому монастырю, помогает хотя бы гипотетически приблизиться к пониманию замысла исследуемого Цикла. В дальнейших рассуждениях мы будем исходить из предположения, что Икона в силу своей большей, чем Цикл, архаичности, гораздо ближе, чем он по иконографии (но не обязательно по времени), к их общему протографу, хотя, конечно, полностью его не повторяет8.

Наиболее очевидные отличия иконографических программ Цикла и Иконы друг от друга заключаются в следующем. В 14-м клейме Иконы представлена сцена, в которой великий князь просит прощения у преп. Авраамия за нанесенные ему оскорбления. Причем князь это делает в подчеркнуто самоуничижительной форме: он буквально распростерся ниц перед святым. В Цикле же данная сцена вообще отсутствует. Получается, что если следовать не Житию, а Циклу, то сразу после суда над Авраамием последовала его смерть. Очевидно, таким образом митрополит Иона исключил из Цикла прямое свидетельство Жития об уничижении представителя высшей светской власти перед духовным лицом. Тем более, что, по весьма вероятному предположению, церковь Иоанна Богослова во время пребывания русских царей в соседних Государских хоромах (Красной палате) играла роль домового царского храма9.

Как мы помним, в Цикле, кроме рассмотренной выше, появились, по сравнению с Иконой, еще две дополнительные композиции – «Встреча со старцем» (№ 3) и «Благословение епископа» (№ 8). Появление композиции № 3, по-видимому, объясняется каким-то личным отношением митрополита Ионы к представленному в ней эпизоду Жития Авраамия. Причина же включения в Цикл композиции № 8 более очевидна. Надо полагать, Иона, будучи сам архиереем, пожелал тем самым усилить роль архиерейской власти в живописном повествовании о Житии святого.

Казалось бы, сцена препровождения Авраамия на суд (композиция № 15) выражает только поругание святого со стороны великого князя. Однако особенности Жития, а также иконографии данной сцены позволяют увидеть в ней и второй довольно очевидный для современников смысл. Дело в том, что согласно Житию Авраамий ехал на суд на «ослятице». Очевидно, это вызывало у некоторых читателей Жития, и у митрополита Ионы в том числе, ассоциацию со «Входом Господним в Иерусалим», – как известно, Христос въехал в него, сидя на осле. Надо полагать, именно такую ассоциацию и хотел вызвать у внимательного зрителя митрополит Иона. Недаром рассматриваемая композиция иконографически очень схожа с фресковой иконой «Вход в Иерусалим» (рис. 10) каменного иконостаса той же церкви. Следовательно, 15-я композиция Цикла была призвана в несколько завуалированной форме компенсировать отсутствие в нем сцены моления великого князя перед св. Авраамием о прощении. Другими словами, данная композиция внешне выражает поругание святого, а символически его триумф.

Мне могут возразить, что указанное иконографическое сходство случайно и не имеет никакого отношения к истинному содержанию росписи. На это возражение можно ответить следующее. Подобные же иконографические переклички имеются и между Циклом преп. Авраамия и житийным циклом Иоанна Богослова и евангельским циклом. Наиболее зрима данная перекличка между сценами разрушения Авраамием идола Велеса (рис. 4) и разрушения языческого храма Иоанном Богословом на западной стене церкви (рис. 11). Сходны и многие сцены с бесами в житийных циклах названных святых. Схожа сцена «Христос перед Пилатом» (рис. 12) на сводах церкви с композициями «Клевета беса на Авраамия перед великим князем Владимиром» (14-я композиция) и «Преп. Авраамий и бес на суде перед великим князем Владимиром» (16-я композиция) Цикла. О том, что описанная иконографическая перекличка осознавалась «проницательными» современниками росписи и их ближайшими потомками, свидетельствует применение подобной же переклички в росписи 1720-х годов ростовской церкви Вознесения10. Сказанное помогает нам глубже проникнуть в замысел Цикла и росписи церкви Иоанна Богослова в целом.

Данная иконографическая перекличка была призвана связать отдельные циклы росписи в некое смысловое целое, призванное выразить, кроме всего прочего, идею сходства подвига преп. Авраамия с подвигом апостола Иоанна Богослова и идею уподобления того и другого святого Христу.

  1. Покровский Н.В. Стенные росписи в древних храмах греческих и русских. М., 1890. С. 115; Титов А.А. Ростов Великий в его церковно-археологических памятниках. М., 1911. С. 8; Эдинг Б. Ростов Великий. Углич. М., 1913. С. 124-125; Пуришев Б.И., Михайловский Б.В. Очерки истории древнерусской монументальной живописи. М., 1941. С. 109, 110; Баниге В.С., Брюсова В.Г., Гнедовский Б.Н., Щапов Б.В. Ростов Ярославский. Ярославль, 1957. С. 83-84; Иванов В.Н. Ростов. Углич. М., 1964. С. 72-75; Данилова И.Е., Мнева Н.Е. Живопись XVII века // История русского искусства. М., 1959. Т. 4. С. 415; Тюнина М.Н. Ростов Ярославский. Ярославль, 1969. С. 120-121; Баниге В.С. Кремль Ростова Великого. М., 1976. С. 86-88.
  2. Воробьева Т.Ю. Житие Авраамия Ростовского в росписи церкви Иоанна Богослова Ростовского кремля // ГМЗРК. Архив. Д. 455.
  3. Мельник А.Г. Житийная икона Авраамия Ростовского XVII века // «Минувших дней связующая нить...»: V Тихомировские чтения. Ярославль, 1995. С. 17-19.
  4. Никитина Т.Л. Система росписи ц. Иоанна Богослова ростовского Архиерейского дома // СРМ. Ростов, 2000. Вып. 10. С. 120-121; Она же. Церковь Иоанна Богослова в Ростове Великом. М., 2002. С. 48.
  5. Никитина Т.Л. Система росписи... С. 129; Она же. Церковь Иоанна Богослова... С. 67.
  6. Памятники старинной русской литературы. СПб., 1860. Вып. 1. С. 221-225; Преподобный Авраамий архимандрит Ростовский чудотворец. Ярославль, 1884. С. 3-9; Тихомиров М.Н. Описание Тихомировского собрания рукописей. М., 1968. С. 184-188; Повесть о водворении христианства в Ростове // Древнерусские предания (XI-XVI вв.). М., 1982. С. 130-134.
  7. Надпись к данной композиции читается на фотографии, которая была опубликована в 1913 г. Б. Эдингом (Эдинг Б. Указ. соч. С. 121).
  8. В частности, в Иконе частично перепутан порядок чтения клейм. Если следовать житию Авраамия, то 14-е клеймо иконы нужно поместить после 16-го. Ясно, что такую путаницу трудно представить в иконе Авраамиева монастыря.
  9. Иванов В. Ростов. Углич. М., 1975. С. 73; Мельник А.Г. О храмовых интерьерах второй половины XVII в. Ростова Великого, созданных по замыслу митрополита Ионы // СРМ. Ростов, 1992. Вып. 3. С. 101.
  10. Мельник А.Г. Житийная иконография ростовского святого блаженного Исидора // VI научные чтения памяти И.П. Болотцевой. Сборник статей. Ярославль, 2002. С. 92, 93.