Т.Ю. Субботина

Выпись по посадским землям Ростова из собрания А.А. Титова

Всем, кто занимался или просто интересовался историей Ростова, знакомо имя А.А. Титова как крупного собирателя и популяризатора различных материалов (чаще всего рукописей) исторического содержания. В некрологе, написанном В.А. Талицким, близким Андрею Александровичу человеком, который был связан с ним не только деловыми отношениями (он служил у Титова бухгалтером), но и теплой дружбой, основанной на общем интересе к родной истории, так говорится о собрании рукописей А.А. Титова: «История этого богатейшего собрания, рассказанная самим собирателем, такова: почин делу положен был еще прадедом покойного; после него собиранием рукописных памятников занимались дед и дядя. Ими собирались рукописи преимущественно богослужебного и церковно-исторического характера; было их очень немного; наибольшая же часть собрания приобретена самим Андреем Александровичем. Рукописи покупались в Ростове, Ярославле, Москве, С.-Петербурге и других городах, но самое значительное количество их куплено было в Нижегородской ярмарке. Каждую ярмарку покойный собиратель почти ежедневно ходил по лавкам антиквариев, по толкучке и редкий день не удавалось ему что-либо приобрести. Свое собрание в полном составе Андрей Александрович принес в дар Императорской Публичной Библиотеке»1. В коллекции насчитывалось более 4500 экземпляров рукописей.

Данное сообщение основано на материалах одной из рукописей этого собрания, которая называется «Выпись от ростовских межевых дел ведомства межевщика капитана Долбилова ростовскаго купечества поверенным Авраму Михайлову сыну Горбунцову, Михайлу Яковлеву сыну Шелудякову с полевого журналу, по коему имелось обхождение в прошлом 1759м году по городу Ростову, ростовцов посацких людей дворовым и огородным землям каждого порознь...» (далее – «Выпись»). На первом листе рукописи рукой Андрея Александровича подписано: «Куплено у Ник. Петр. Хлебникова. Заплочено 50 р – 1882 г. июня 5». Такого рода надписи обычно имеются на всех приобретенных Титовым рукописях и книгах.

Поиск материала именно по посадским землям Ростова проводился целенаправленно, т.к. автору уже приходилось заниматься топографией Ростова до его перестройки в кон. XVIII в. по Высочайше конфирмованному «регулярному» плану2. В опубликованном плане Ростова, составленном командой межевщика Тимофея Долбилова в соответствии с указом 1754 г. о Генеральном межевании земель, приведены только «разночинческие» и церковные земли (включая принадлежавшие Дому Ростовского митрополита), и отсутствуют данные об основном тягловом населении ростовского посада. Интересующий нас документ был обнаружен в собрании А.А. Титова, хранящемся в Российской Национальной библиотеке, в двух экземплярах, идентичных по содержанию. Первый экземпляр «Выписи»3 – это подлинник с подписями капитана Т. Долбилова и поручика Якова Байера фон Вексфенуза и датой – декабря 16 дня 1761 г., а второй4 – копия с него, скрепленная по полям записями: «Староста Данило Соловецкой» и «С подлинною читал подканцелярист Гаврила Конанов». Был заказан микрофильм-копия второго экземпляра, так как он имеет лучшую сохранность, но оказался не лишен описок и неточностей, неизбежных при переписке документов большого объема.

Документ заканчивается фразой: «А дана сия выпись на вышеписанные дворовые и огородные земли ростовскому купечеству впредь для ведома и владения им теми землями безспорно». Такие Выписи традиционно давались именно представителям купечества как наиболее авторитетной части посадского населения и служили обоснованием прав собственности на землю при проведении последующих межеваний или при купле-продаже участка в случае утраты владельцем собственных «крепостей». Так, межевщику Тимофею Долбилову предъявлялись Выписи «от ростовского купечества с писцовых города Ростова градским землям книг писма и меры во 132м (1624) году Федора Дурова да подъячего Ильи Петрова», а также «Выпись с писцовых и межевых книг 193 и 194 (1685 и 1686) годов писма и меры столника Петра Шетнева да подъячего Федора Чиркина, предъявленная от ростовского купечества, коя и с данными из Вотчинной коллегии со оных писцовых и межевых книг копиями явилась сходственна»5.

Рассматриваемый документ представляет собой рукопись объемом 260 листов, скоропись втор. пол XVIII в., в переплете втор. пол. XIX в. Выделяется не менее 6 почерков, и с изменением почерка писца существенно меняется орфография. Текст разбит на абзацы, названные «статьями», внутри которых нет практически никаких знаков препинания, и включает 610 статей – описаний землевладений, находящихся внутри градской окружной межи за пределами земляной крепости и принадлежащих посадским людям.

Градская окружная межа Ростова была обозначена, в соответствии с инструкциями о межевании, столбами, расположенными на расстоянии 50 сажен; около столба вырывалась яма, в которую клались камни. Эти столбы с ямами нумеровались и служили межевыми признаками для земельных участков, расположенных непосредственно у окружной межи. Номера десятков наносились на столбы в виде зарубок, а номера внутри десятка обозначались количеством камней в яме около соответствующего столба. Пример из землеописания: «...А означенный столб перваго десятка третей, и в яме положено три камня. От тех ямы и столба подле земли оного Хорошавина дорогою, имеющейся от Спасского монастыря, коею дорошкою ганяют скот на выгон, длиннику до улицы Николской тритцать сажен». Окружная межа г. Ростова начиналась от озера между Яковлевским и Спасским на песку монастырями (первый из которых считался находящимся внутри городской территории, а второй – за ней), и имела большую протяженность, так как включала в себя «слободу что у старых Варниц» (при этом Троице-Варницкий монастырь был за градской межой); а заканчивалась у озера у Богоявленского монастыря, который также был за межой.

Формула описания земельных владений существенно отличается от той, что использовалась для разночинческих и церковных земель в упомянутом опубликованном плане Ростова. Она содержит сведения обо всех размерах участка, тогда как ранее указывалась только его площадь в квадратных саженях. Такая подробность межевания посадских земель обусловлена тем, что это описание составлялось именно для земельного налогообложения, поэтому важно было с наибольшей возможной точностью зафиксировать его границы и размеры. Порядок описания землевладений следующий:
1. Назначение земельного участка. Чаще всего это «дворовая и огородная земля», есть просто «земля», «огородная земля», «сенокосная земля».
2. Социальный статус владельца. Так как это выпись по посадским землям, во всех случаях это «земля ростовца посацкого человека» или, если владение не разделенное, «земля ростовцев посацких людей».
3. Имя, отчество и фамилия владельца или владельцев.
4. Обозначение «починного места, откуда оная земля мерять началась». В большинстве случаев участки имеют вытянутую приблизительно прямоугольную форму и, соответственно, размеры – «длинник» (один и другой) и «поперешник» (задний и передний). Обычно участок узким концом выходит на улицу, и от улицы начинается измерение: «началась поперешником в переднем конце от земли (указывается владелец соседнего участка) улицею до повороту и до земли» (указывается владелец участка с другой стороны), и далее – размер в саженях.
5. Указание всех размеров участка. Если участок имеет простую, почти прямоугольную форму, то после его размера от «починного места» до поворота следует фраза: «А оттуды поворотя вправо (или влево) круто (или не круто, или не очень круто, или отлого, или очень отлого, или поворотя чуть – вариантов множество) длиннику до (указывается следующий ориентир – чья-то земля, улица, проулок, избный угол, пруд, колодезь, а то и черемховый, или рябиновый, или ивовый кустарник) столько-то сажен. Затем снова повторяется фраза: «а оттуды поворотя... круто», и аналогичным образом приводится размер до следующего ориентира. Если участок имеет сложную форму, то эти измерения приводятся много раз, для каждой линии, образующей контур участка. Чтобы не повторять при описании размеры, уже указанные при обмере соседнего участка, применяется фраза: «А другой длинник (или поперешник) мерян по смежности з землею вышеписанного ... и мера явствует выше сего». Когда описание участка закончено и все размеры указаны, следует фраза: «Где оная земля и кончилась».
6. Указание «посторонних владельцев», то есть владельцев земель, расположенных по сторонам от описываемого участка. Их имена называются почти каждый раз, как указывается размер одной из сторон участка: «А оттуда поворотя вправо круто длинником до Николской улицы шездесят пять сажен. Направе огородная и дворовая земля вышеписанного Степана Рахманова, а налеве сенокосная земля без строения ростовца посацкого человека Герасима Якимова сына Бутина». Если к участку примыкает не чья-то земля, а улица или берег озера, или ров, или пруд, или речка, они тоже указываются: «...длиннику к озеру прямою линеею до повороту по речке Игуменке дватцать восемь сажень. Направе оных Родионовых, а налеве владения за речкою Игуменкою их же Родионовых, а от той речки Игуменки поворотя вправо круто поперешнику подле озера до земли вышеписанных Александра и Василья Родионовых семнатцать сажен. Направе огородная земля вышеписанных Самсона да Тараса Родионовых, а налеве берег озера».
7. Обоснование прав собственности на землевладение. Начинается словами: «А меряна за ним та земля по...» В простейшем варианте – «по отводу ево» и «по безспорному с посторонними владельцами владению», в других случаях – по купчей (часто указывается дата сделки и фамилия продавца, причем в большинстве случаев продавцами земель являются вдовы), по сказке, по крепостям, по раздельным записям, по рядной записи, по данной, по приговору ростовского магистрата, по наследству, по писцовой 132 году книге письма и меры Федора Дурова да подъячего Ильи Петрова, по приговору ростовского купечества из «выморочных порозжих» земель, «по показательству бывших при том посацких людей, от купечества поверенных и отводчиков-старожилов», а также «по старинному владению, как прадед и дед и отец ево владели». Приведен один случай передачи земли другому владельцу «по закладной, которую он (Григорий Федулов сын Недошивин) заложа просрочил», и один – за неплатеж денег по векселю.

Приведем пример полной «статьи» землеописания: «Земля ростовцов посацких людей Михаила Сергеева сына, Ивана Федорова сына Конановых. Началась от улицы, которой ездят с Малого Заровья на Николскую Болшую по Благовещенской улице, до повороту и до земли бывшаго посацкаго человека Максима Максимова сына Голицына жены ево вдовы Овдотьи Федоровой дочери тритцать одна сажень, а от той Благовещенской улицы поворотя вправо круто длиннику до повороту и до улицы Малой Тюшковой шесдесят сажен. Направе дворовая и огородная земля вышеписанных Михаила и Ивана Конановых, а налеве дворовая и огородная земля вышеименованной вдовы Авдотьи Голицыной. А от оной Голицына земли поворотя вправо круто поперешнику в заднем конце до вышеписанной улочки Малого Заровья по показанной улочке Малой Тюшковой до повороту тритцать семь сажен. А оттуды поворотя вправо круто длиннику в другом конце до вышеписанного починного места, откуды оная земля началась мерять, по вышеписанной улице Малого Заровья семдесят сажен, где оная Кононовых земля кончилась. А меряна за ними Кононовыми та земля по безспорному владению и по поданой от них скаске и по писцовой 132го году книге».

По такой формуле описано подавляющее большинство посадских землевладений, и только два участка в Ростове (земли Ивана Григорьева сына Гогина и Михаила Васильева сына Серебреникова) и два – в Варницах описываются с использованием «морской» терминологии: «Земля ростовца посацкого человека Ивана Григорьева сына Гогина, которая имелась с соколником Петром Щаповым в споре. Почин меже учинен от земли ростовца посацкаго человека Ивана Нестерова сына Замораева. Взяв румб от норда к весту пятдесят один градус прямою линеею до земли посацкаго человека Ивана Иванова сына Одинцова дватцеть шесть сажен с полуаршином. Направе Заровская улица, а налеве двор и земля Ивана Гогина. А от той Заровской улицы поворотя влево круто от зюйда к весту тритцать четыре градуса угол восемдесят пять градусов по линее до поворота и до огородной земли соколников Купреяна, Василья, Петра Щаповых дватцеть три сажени...» Таким же образом даются размеры всех 6 отрезков, образующих контур земельного участка.

Так же описан участок Серебреникова: «Земля полотняной фабрики содержателя Михайла Серебреникова. Началась по Воскресенской улице от земли Семена Малгина. Взяв румб от зюйда к осту сорок шесть градусов линея идет до земли соколника Григорья Кекина десеть сажен. Направе Серебреникова, а налеве Кекина. Оттуда поворотя вправо круто от зюйда к осту сорок деветь градусов астрелябической угол восемдесят пять градусов тритцать минут, линея идет дватцеть три сажени с половиною...» и т.д.

Аналогично дается описание двух участков в Варницкой слободе (Григория Семенова сына Булатова и Гаврилы Борисова сына Кононова), но сам характер описания существенно отличается: названия сторон света обозначены латинскими буквами, а вместо фразы «взяв румб» применено слово «пеленговал».

Межевание участков и их описание производилось последовательно, один за другим, начиная от окружной градской межи у Яковлевского монастыря полосой по одну сторону московской большой столбовой дороги (у озера) до земляной крепости, затем снова от городской межи у Яковлевского монастыря по другой стороне мостовой дороги до земляной крепости, а далее «веером» вокруг крепостного рва по улицам Большой Заровской, Запольской, Воскресенской, Введенской, Малой Заровской, Малой и Большой Тюшковой (она же Благовещенская), Ветровке, Большой и Малой Никольской, Лазаревской и снова по обе стороны большой мостовой дороги до выгонной земли у Богоявленского монастыря. Заканчивается описание землями, расположенными «в слободе старых Варниц».

Из текстов этих описаний можно узнать множество интересных сведений. Например то, что на ростовском посаде имели земли с дворами московский купец Никифор Лазарев сын Ветошников и санктпетербургский купец Леонтий Алексеев сын Горбылев, а на соседних участках проживали их родственники (возможно, эти купцы ростовского происхождения?). Или то, что ростовское купечество, кроме частных владений, имело несколько участков для корпоративного пользования – в тексте упоминаются участки ростовского купечества, купленные «для постою», «для отводу квартир», «имеющиеся для квартирования и постоев», которые, очевидно, использовались как доходные во время ярмарки. Любопытен также, на наш взгляд, тот факт, что часто в документах особо выделяются калмыки (например, в исповедных росписях ростовской церкви Воскресения на рву за 1782-1802 гг. выделены в специальный раздел «крещеные калмыки»), и в рассматриваемой выписи также отмечен один из посадских людей – «калмык лицем»: «Земля бывшаго ростовца посацкого человека Ивана Иванова сына Селянкина, дочери ево Феклы Ивановой дочери Алексеевской жены Михайлова сына, калмыка лицем по улочке Золотой Горке...» И далее в тексте она именуется Феклой Калмыковой. На этом же примере, так же как и на множестве других, можно убедиться, что женщина, даже если она фактически являлась владельцем земельного участка, не воспринималась как юридическое лицо – хозяином землевладения считался ее умерший («бывший») муж или отец: «Дворовая и огородная земля бывшаго ростовца посацкого человека Григорья Петрова сына Шелудякова, жены ево, вдовы Марфы Матвеевой дочери...»; «Дворовая и огородная земля артилериского кузнеца Ивана Самойлова сына Князева, а по смерти ево владеет по наследству дочь ево родная...» Наводит на размышление тот факт, что в районе Никольской на Сполье улицы и Андреевского монастыря в описании восьми участков фигурирует ров, возможно, вырытый для отвода воды (т.к. место это низменное, называемое Ямами), а может быть, это – другая часть старинного рва, остатки которого прослеживаются цепочкой прудов в Заровье? Словом, каждый исследователь сможет найти в тексте что-то интересное для себя.

Несомненно, главная историческая ценность рассматриваемого документа состоит в том, что его текст в совокупности с уже опубликованным планом Т. Долбилова и с чертежом В.А. Собянина6, подаренным музею в 2003 г. А.Е. Зайцевым, позволяет восстановить полную топографию и топонимику Ростова середины XVIII в.: названия и расположение слобод, улиц и переулков, речек, рвов и прудов на городской территории, а главное – полный состав землевладельцев, относящихся ко всем социальным слоям населения, живших за пределами земляной крепости. Полный текст Выписи будет опубликован в сборнике Сообщения Ростовского музея, выпуск XVI.

  1. Некролог «Андрей Александрович Титов» М., 1911. С. 19-20.
  2. См. ИКРЗ, 2002. Ростов, 2003. С. 143-153; СРМ. Вып. XIV. Ростов, 2003. С. 285-327.
  3. РНБ. Инв. Тит. 4560.
  4. РНБ. Инв. Тит. 2766.
  5. СРМ XIV. С. 296-297.
  6. ГМЗРК. Ар-1317. Собянин Всеволод Александрович (20.11.1882-?) – секретарь правления и казначей Ростовского научного общества по изучению местного края, член его культурно-исторической секции, в 1925 г. неоднократно выступал с докладами по исторической топографии Ростова. Работал юристконсультом Уездного исполнительного комитета.