С.А. Лапшина

Промышленность и кустарные промыслы в Борисоглебской волости в конце XIX – начале XX вв.

Иллюстрации

Вопросы истории Борисоглебских слобод и крестьянских промыслов в современной историографии оставались практически вне сферы изучения. Данная работа является перовой попыткой восполнить этот пробел.

Но прежде чем приступить к описанию и оценке промышленности и промыслов в Борисоглебской волости, необходимо дать её краткую характеристику. Эта информация содержится в трудах ростовского краеведа А.А. Титова; его работы являются прекрасным базовым материалом для написания данной темы.

Борисоглебская волость (с центром в с. Борисоглебских слободах) располагалась в западной части Ростовского уезда. С севера она граничила с Вощажниковской, с востока – Саввинской и Шулецкой, с юга – Березниковской, с запада – Ивановской волостями. Площадь её равнялась 12 291 десятине, что в переводе в метрическую систему мер составляет около 17 тысяч 822 га. Борисоглебская волость объединяла 40 сел и деревень с населением 6,5 тысяч человек1.

Борисоглебская волость, будучи расположенной на возвышенности по сравнению с волостями, занимавшими территорию котловины озера Неро (напр., Поречская и Сулостская волости, богатые почвами, насыщенными сапропелем), имела почвы менее плодородные – песок и суглинок. Оттого главную роль в посеве зерновых культур играли рожь и ячмень. Пшеницу сеяли в очень незначительных размерах. По воспоминаниям старожила Борисоглебских слобод Б.П. Широкова, среди борисоглебских крестьян было распространено выражение: «посеяли платочек пшеницы», т.е. очень небольшую часть от своего надела2.

В виду сравнительно высокой плотности населения у крестьян Борисоглебской волости были небольшие наделы земли. Самые низкие наблюдались в Протасьеве, Спас – Подгорье (2,5 десятины), самые высокие (до 6 десятин) – в сёлах Павлове и Андреевском на Лиге3.

Эти два фактора (а именно, отсутствие плодородных почв и малые наделы) не позволяли Борисоглебским крестьянам жить исключительно сельскохозяйственными заработками. Редкий год крестьянин получал со своего надела достаточное количество хлеба. Обычно зерно приходилось покупать в низовых губерниях (главным образом в Нижегородской)4.

Всё это послужило причиной существования различных промыслов. В Борисоглебской волости крестьяне занимались изготовлением кожаной обуви (д. Старово-Подборное), выделкой и дублением овчин (д. Дятьково), изготовлением валяной обуви (с. Павлово и Борисоглебские слободы), изготовлением колёс, телег, саней (Хаурово, Спас-Подгорье, Борисоглебские слободы), изготовлением ткацких станков – «кросён» – с. Андреевское на Лиге и различных сельскохозяйственных орудий – граблей, косуль, плугов, борон и т п. (д. Коскино, Борисоглебские слободы, Старово-Подборное)5. В селе Сабурове, например, был распространён довольно необычный «морный промысел». Сабуровские крестьяне топили в реке Устье вековые дубы, а затем морёный дуб продавали с огромной выгодой для себя. Известно, что один из таких дубов в кон. XIX в. был продан настоятелю Борисо-Глебского монастыря архимандриту Евангелу, который передал его в Ростовский музей церковных древностей для реставрационных работ6. Известно также о существовании в Борисоглебских слободах войлочной мастерской, принадлежащей крестьянину Николаю Ивановичу Чеснову, где войлок производился ручным способом. Разрешение на постройку этой мастерской от Ярославского Губернского правления было получено в августе 1899 г.: «к устройству войлочной мастерской препятствий со стороны полиции не встречается, но при условии, что шерсть не мочилась бы и не промывалась в реке». Деревянное строение для мастерской было устроено в слободе Плотине (?) в 4 метрах от реки Устье7.

У А.А. Титова есть сведения о существовании в Борисоглебских слободах иконописной мастерской8, это, казалось бы, должно определяться близостью Борисо-Глебского монастыря. Однако Борисо-Глебский монастырь имел давнюю традицию привлечения вязниковских9 и ростовских мастеров. Приходорасходные книги монастыря кон. XIX – нач. ХХ вв. показывают, что все работы в обители, не только крупные, но и незначительные, например, реставрация икон и починка окладов, выполнялись приезжими из разных городов посадскими иконописцами10. Поэтому иконописная мастерская в Борисоглебских слободах была, скорее всего, ориентирована на написание дешёвых икон, восполняющих потребности бедного крестьянского населения.

Нельзя сказать, что промыслы в Борисоглебской волости были развиты. Продукция производилась по мере надобности и сбывалась в небольших количествах на местах, реже на базарах в Ростове и в крупных сёлах Ростовского уезда: Вощажникове, Давыдове, Борисоглебских слободах.

Если говорить о художественном уровне производимой кустарями продукции, то он также был невысок. Продукция имела чисто утилитарное значение, (хотя утилитарность, т.е. её практическое применение в быту, являлось одним из главных принципов народного искусства). Состоянием народных промыслов были обеспокоены ценители и собиратели народного декоративно-прикладного искусства. Ими в кон. XIX – нач. XX вв. в Санкт – Петербурге было создано «Общество для развития прикладного художества в России»», которое ставило своей целью выводить его из «рутинного производства, лишённого всякой художественной формы» и содействовать именно тем видам кустарной деятельности, «кои подчиняются художественному улучшению: резьба по дереву, работа из капа, древесного корня, из бересты, рога, из кости, из обожжённой глины, вышивание по холсту».

На местах, по волостям и уездам общество обратилось к тем лицам (с целью посредничества), которые были знакомы с местным кустарным производством. Эти доверенные лица должны были разыскивать кустарей, отбирать среди них лучших мастеров, заказывать им изделия, давая готовые художественные образцы, платить за них, «сообразуясь с местными ценами».28 Несмотря на то, что деятельность этого общества особых плодов не принесла (во всяком случае в нашем крае), однако, идеи этого общества могли бы быть востребованы в наши дни, когда всерьёз задумываются о возрождении народных промыслов и ремёсел.

Избыток рабочей силы привёл к такому значительному явлению как отходничество, которое в Борисоглебской волости составляло неизбежную необходимость. В некоторых селениях волости на заработки в города уходило почти всё мужское население. Как показывает статистика, в отходе ежегодно значилось до 1,5 тыс. борисоглебских крестьян11. Нанимались, главным образом, на сельскохозяйственные работы подсобными работниками, садоводами и огородниками, реже – в личное услужение (прислуга, кухарки, няньки). Очень большой процент крестьян уходил для самостоятельной торговой деятельности, а также для работы в трактирах и питейных заведениях. Отхожий промысел давал доход вдвое больший, чем земля12.

Благоприятные для выращивания льна климат и почвы позволяли борисоглебским крестьянам заниматься льноводством. В большинстве случаев лён выращивался крестьянами для нужд собственного хозяйства, но некоторые селения занимались выращиванием и возделыванием льна в более широких размерах с целью продажи.

В Борисоглебской волости лён сеяли повсеместно, он, наряду с картофелем и рожью, был главной сельскохозяйственной культурой. Его высевали в начале лета, 3 июня, в праздник святого равноапостольного царя Константина и христолюбивой матери его Елены.

Из семян льна производили необыкновенно вкусное и полезное льняное масло, ценнейший продукт, считающийся эликсиром молодости, содержащий большой процент линоленовой кислоты, необходимой для нормальной жизнедеятельности организма. Почти в каждой деревне были свои ветряные маслобойные заводы, или водяные мельницы с толчейными и маслобойными заводами. Например, только в деревне Акулово было три завода, каждый производил масла до 100 пудов в год. Заводы работали не круглый год, а от 2 до 5 месяцев в году. Принадлежали они крестьянам Масленниковым Фёдору Николаевичу, Ивану Семёновичу и Александру Павловичу. Наёмный труд на этих заводах практически не использовался.

Сами заводы были весьма примитивными: «амбар бревенчатый без пола, крытый тёсом 11,4 кв. саженей, шатёр (навес) 4-х гранный из тёса». Оборудование также было немудрёным: махи длиной 16 аршин 2 шт., вал горизонтальный, колесо кулачное, колесо цевочное, вал вертикальный, толчея с 11 пестами, пресс в два колота, затвор с одним бегуном, жаровня с чугунной сковородою, печь кирпичная»13. Сбывалось масло в окрестных селениях. В старину в огромном количестве скупал льняное масло у крестьян для строительных работ Борисо-Глебский монастырь. К примеру, в приходорасходной книге монастыря за 1811 г., записано: «Куплено у крестьянина деревни Шипино Николая Горбунова для крашения крыш на Сретенской церкви с папертями, на 5 башнях и на оградной стене масла постного 30 пудов за 210 рублей»14.

В особенности много свозилось масла на ярмарку в Борисоглебские слободы в престольный праздник святых Бориса и Глеба, с 30 апреля по 3 мая по ст. стилю. Борисоглебская ярмарка была одной из самых богатых сельских ярмарок в Ярославской губернии, товарооборот её составлял 100 000 руб.15 На ярмарку съезжались купцы из Ростова, Переславля, Ярославля торговать «сукнами, парчой, тафтами, ситцами, выбойками лентами и часами, разной затрапезной красной и белой бумагой (бумага, изготовленная на заводе Затрапезновых в Ярославле. – С.Л.), кольцами, серьгами, мехами и разным щепетильным товаром (щепетильный – нарядный, щёгольский)»16.

Крестьяне же свозили на ярмарку в немалом количестве «масла коровьего и льняного, холста и пряжи, пригоняли коров и лошадей»17. За холстом приезжали даже из столиц. В особенности, это стало возможным после указов 1715 и 1718 гг. Петра I, узаконивших изготовление крестьянами полотна, которое в большом количестве скупалось и шло на продажу в Петербург и за границу. Однако в нач. XX в. на рынке появились дешевые бумажные фабричные ткани, которые вытеснили домотканые льняные полотна, и крестьянам стало выгоднее продавать необработанный лён.

Большую роль в развитии промышленности играла река Устье, которая была в некоторых местах достаточно глубока и служила двигательной силой находящимся на ней мельницам. Известно, что в самих Борисоглебских слободах на Устье стояла водяная мельница, принадлежащая обществу крестьян Борисоглебских слобод18. С незапамятных времён существовала мельница, принадлежащая Борисоглебскому монастырю в д. Акулово (или, как более правильно, Акылово). Из имеющихся документов известно, что в кон. XVIII – нач. XIX в. монастырь вынужден был сдавать акуловскую мельницу в аренду с публичных торгов. В сер. XIX в. долгое время арендатором мельницы был крестьянин, вольный хлебопашец Осип Васильевич Шишкин из д. Былягино Ярославского уезда, последним же её арендодержателем в нач. XX в. был крестьянин д. Опальнево Иван Ефимович Чалов; арендная плата к тому времени составляла 685 рублей в год19.

Мукомольная мельница представляла собой плотину по обеим сторонам реки Устье «о шести поставах» с маслобойным и толчейным заводом; имела три вала водяных и два вала сухих. Рядом с мельницей на площади 1560 кв. саженей располагались амбары, жилой дом арендатора и изба для приезжающих помольщиков. Плотина имела шлюзы, возвышение воды достигало 9 четвертей20.

Наличие залежей песчаной глины в районе д. Опальнево позволило наладить здесь производство кирпича. К нач. ХХ века в Опальневе действовали три небольших кирпичных завода, использовавших наёмный труд: завод Петра Васильевича Столярова (построен в 1905 г.) мощностью до 10000 кирпичей в год, завод Константина Борисовича Чалова, основанный в 1900 г. и «существующий издавна» кирпичный завод Чалова Алексея Федоровича производством до 15 000 шт. кирпича в год. Заводы эти были небольшими (работали по 3-4 месяца в году) и имели самое примитивное оборудование. Вот описание одного из таких заводов: «оборудование: печь для обжига кирпича, станок столовый – подняточный, тачка, два ведра, лопата»21. Известно, что занимался производством кирпича и изразцовый завод Красавиных в д. Сытино. (Находящаяся в непосредственной близости от Борисоглебских слобод, в 3-х верстах, д. Сытино входила в состав Вощажниковской волости).

Сбывался кирпич крестьянам близлежащих селений, известно также, что большое количество кирпича в кон. XIX – нач. ХХ века закупал Борисоглебский монастырь, ведший строительство торговых лавок на базарной площади у северной стены, а также ремонтные работы внутри монастыря.

О больших закупках кирпича известно из монастырских приходорасходных книг: «плачено в мае 1895 года д. Опальнево крестьянину Ивану Ефимовичу Чалову за 10 000 штук стенного кирпича 85 рублей 41 копейку с уступкою монастырю 29 копеек», или « плачено д. Сотина крестьянину Фёдору Васильевичу Красавину за 7 300 кирпичей по цене 13 рублей за 1000 штук»22.

Особо следует сказать о выращивании картофеля. Благодаря благоприятным почвенным условиям крестьяне получали высокие урожаи (сам – 3, а иногда и сам – 7). В Борисоглебской волости картофель считался главным источником дохода, почти каждое крестьянское хозяйство картофель перерабатывало в крахмал, им питались, поскольку хлеба не хватало, а излишки продавали. В то время извлечение крахмала из картофеля было очень низким – 48-50%, значительное количество крахмала оставалось в мезге из-за слишком крупного помола клубней, картофель расходовался очень неэкономно.

На основе богатой сырьевой базы, и, имея хороший сбыт крахмала, в кон. XIX – нач. ХХ вв. в Борисоглебской волости возникает ряд заводиков по переработке сырого картофеля. Вся их продукция уходила на цикорную фабрику и паточный завод купца Селиванова в Ростове, где было налажено производство патоки и саго – (искусственного, натуральная крупа «саго» получается из зёрен крахмала ствола саговой пальмы) – крахмалистое вещество, чрезвычайно питательное и легко усваиваемое. В то время патока и саго играли очень важную роль как сахаристые вещества, поскольку в России тогда очень мало вырабатывалось сахара из сахарной свёклы, главным образом из привозного сахарного тростника; недостатки сахара и покрывала патока.

В Борисоглебской волости на нач. ХХ в. картофеле-тёрочных заводов насчитывалось не менее 10, наиболее крупные и известные на сегодняшний день: два завода купца Селиванова в Борисоглебских слободах, один в Борке около Селища (сгорел перед революцией), второй был построен на площади, где в настоящее время находится баня; картофеле-тёрочный завод крестьянина Борисоглебских слобод Михаила Ивановича Бесчастнова; у крестьянина д. Опальнево М.Е. Чалова было 4 завода – Шулецкий, Вёртловский, Акуловский, Хауровский (сгорел после 1917 г., на нём была установлена даже паровая машина мощностью 35 л. сил). В Борисоглебских слободах работал завод, принадлежащий графине С.В. Паниной и её матери А.С. Петрункевич (арендатор – ростовский мещанин Шашкин)23.

Чтобы представить какими были эти заводы, их мощность и количество вырабатываемой продукции, уместно привести описание завода «Товарищества Р.Ф. Шредер и А.И. Чалова», построенного в 1900 г. Этот завод считался одним из передовых в отношении оборудования. Он располагался при с. Шульце и при речке Шуле. «Двигательная сила завода – локомобиль – паровая движущая машина, остающаяся на месте. Завод работает 4 месяца в году с конца августа до декабря по 11 часов в день. Количество рабочих 6-8 мужчин из местных крестьян. Количество перерабатываемого сырья – 2939 четвертей на 6168 рублей серебром. Помещение завода без фундамента, стены деревянные с каменными столбами, кровля железная. Перечень машин: локомобиль стоимостью 4085 р., 1 тёрка, 2 насоса, 1 сотрясательное сито, 6 мешалок, 1 насос для воды и принадлежащие к ним приводы»24. Как правило, ставились такие заводы у реки, что приводило к её загрязнению сточными заводскими водами, отчего Ярославскому Губернскому Правлению в 1899 – 1901 гг. пришлось обязать владельцев и арендаторов заводов сделать хотя бы примитивные очистные сооружения. С этой целью работала губернская комиссия, которая на местах производила осмотры заводов, высказывала замечания и давала рекомендации.

Вот одно из прошений о разрешении производства работ на картофеле-тёрочном заводе от М.И. Бесчастнова: «Много лет в Борисоглебских слободах на реке Устье существует мой тёрочный завод, причём всё время не требовалось особых приспособлений для спуска грязных заводских вод. Ныне же господином приставом 3 стана обязан я подпискою все грязные воды удалять, чтобы они не попадали в реку, и сделать орошение поля и луга. Такой луг, удобный для спуска токовых вод имеется взади моей усадьбы и завода. С целью спуска вод для орошения, я намерен прорыть, далеко минуя берег р. Устья, через свою надворную усадьбу канаву с несколькими ямами… Прошу разрешить мне устройство орошения луга грязными и соковыми водами упомянутым способом»25.

Вся промышленность волости в нач. ХХ в. перерабатывала до 6 тысяч тонн картофеля за год, однако товарного картофеля были излишки. В 1914 г. в Борисоглебских слободах был построен ещё один крахмальный завод (существует и ныне). На этот раз организатором его стало общество крестьян середняков, во главе общества стоял крестьянин А.А. Нарядчиков. Общество хотело построить завод конечной переработки картофеля, т.е. вырабатывать сухой крахмал. Об истории возникновения этого предприятия подробно рассказал в своих воспоминаниях главный инженер Николай Александрович Чудинов, работавший на заводе с 1925 года.

Общество получило от земства в 1913 г. ссуду в 60 тысяч рублей, которую уже сумели погасить в 1916 г. «Строили завод инженер Поярков и техник Андруцкий. Поярков сделал заказ на крахмальное оборудование в Германии, что и было доставлено (две обезвоживающих центрифуги, экстрактор, сушильный аппарат Эмиль – Пассбург). Поярков деньги не перевёл, так как началась империалистическая война с Германией, деньги, как говорят, положил себе в карман»26.

Завод был пущен в 1914 г., сразу же началась конкуренция за сырьё с купцом Селивановым, (он принимал картофель по 80 копеек за четверть (т.е. 2,5 мешка), а общество решило принимать по 90 копеек), которую завод успешно выдержал. К 1917 г. крахмальный завод в Борисоглебских слободах был самым крупным промышленным предприятием в Борисоглебской волости.

Необходимо отметить, что в нач. ХХ в. различных форм кооперация была естественной потребностью крестьянского населения. Так, в с. Андреевском на Лиге в нач. ХХ в. существовали две кооперативные организации: общество потребителей и кредитное товарищество, которые удовлетворяли, главным образом, нужды крестьян по сбыту сельскохозяйственной продукции27.

Итак, давая обзор имеющихся у нас документов, можно сделать следующие выводы: Борисоглебская волость, по сравнению с другими волостями Ростовского уезда, была менее развита в экономическом отношении, всё-таки торговля была преобладающей сферой деятельности для Борисоглебских крестьян. Кустарные промыслы были неразвиты, а промышленность волости была представлена несколькими примитивными картофеле-тёрочными заводами.

Этот материал может быть заявлен только лишь как обоснование к серьёзному многолетнему исследованию. Можно в дальнейшем расширить рамки темы до границ современного Борисоглебского района. Изучение документов в Ростовском филиале ГАЯО позволит представить тему более широко и обобщенно.

  1. Титов А.А. Историко-статистическое и этнографическое описание Ростовского уезда, М., 1885.
  2. Воспоминания Б.П. Широкова (1918 г.р.). Борисоглебский музей, тетрадь 310 – 30, л. 7об.
  3. Анкетные листы об отхожих промыслах в Борисоглебской волости, 1894 год. РФ ГАЯО. Ф. 485. Оп. 4. Д. 2374.
  4. РФ ГАЯО. Ф. 73. Оп. 1. Д. 178.
  5. Титов А.А. Сведения о кустарных промыслах по Ростовскому уезду Ярославской губернии, собранные и составленные в 1878 г.
  6. РФ ГАЯО. Ф. 582. Оп. 1. Д. 260. Исторический очерк и описание храма Успения Божией Матери в с. Сабурово.
  7. РФ ГАЯО. Ф. 80. Оп. 1. Д. 1453.
  8. Титов А.А. Сведения о кустарных промыслах по Ростовскому уезду Ярославской губернии, собранные и составленные в 1878 г.
  9. Синодик Борисоглебского монастыря 1642-1645 г. Борисоглебский филиал ГМЗ «Ростовский кремль», фонд РК – 2 КП – 34295.
  10. РФ ГАЯО. Ф. 245. Оп. 1. Д. 257. Приходорасходная книга Борисоглебского монастыря за 1895 г.
  11. Анкетные листы об отхожих промыслах в Борисоглебской волости, 1894 год. РФ ГАЯО. Ф. 485. Оп. 4. Д. 2374.
  12. Критский П. Наш край. Цит. по: литературно-исторический журнал «Русь», №3, 1998г., с. 62.
  13. РФ ГАЯО. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1 описание и оценка фабрик и заводов в Борисоглебской волости в 1912 году.
  14. РФ ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 4536. Приходорасходные книги Борисоглебского монастыря за 1811 год.
  15. РФ ГАЯО. Ф. 73. Оп. 1. Д. 178. Ведомость, учинённая в Ростовском земском суде 1801 г.
  16. Там же.
  17. Там же.
  18. РФ ГАЯО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 2323. План мукомольной мельницы в Борисоглебских слободах.
  19. РФ ГАЯО. Ф. 230. Оп. 5. Д. 4889. Ведомость об имуществах монастырей, приносящих доход.1917 г.
  20. РФ ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Д. 13434. О сдаче в аренду Акуловской мельницы, 1837 г.
  21. РФ ГАЯО. Ф. 642. Оп.1. Д. 1. Описание и оценка фабрик и заводов в Борисоглебской волости в 1912 году.
  22. РФ ГАЯО. Ф. 245. Оп. 1. Д. 257. Приходорасходная книга Борисоглебского монастыря за 1895 г.
  23. РФ ГАЯО. Ф. 80. Оп. 1. Д. 1642.
  24. РФ ГАЯО. Ф. 642. Оп. 2. Д. 40. Описание картофеле-тёрочных заводов в Ростовском уезде, 1901 г.
  25. РФ ГАЯО. Ф. 80. Оп. 1. Д. 1403.
  26. Воспоминания Н.А. Чудинова, 1960-е гг. машинопись, ксерокопия хранится в архиве Борисоглебского музея.
  27. Газета «Ростовская деревня», 24 июня 1922 г.
  28. РФ ГАЯО. Ф. 485. Оп. 1. Д. 316.