А.Г. Мельник

Рождественская церковь в селе Вощажникове близ Ростова

Иллюстрации

Церковь Рождества Богородицы села Вощажникова бывшего Ростовского уезда (ныне Борисоглебского района Ярославской области) до сего времени не становилась предметом специального исследования. В справочных и популярных изданиях XIX — XX вв. она неизменно датировалась 1700 г. и очень кратко и явно неполно описывалась1. Некоторое внимание истории храма уделил А.А. Титов. В рамках работ более широкого плана, сначала в 1885 и потом в 1903 гг., он утверждал, что нынешней кирпичной церкви в XVII в. предшествовала одноименная деревянная. Ссылаясь на некий акт, хранившийся в конторе гр. Шереметева2, Титов писал: «В 1700 году церковь эта была сломана и вместо нее построена каменная также во имя Рождества Пресвятые Богородицы. В ней был образ великом. Параскевы резной. Подле церкви на столбах четыре колокола. На церкви глава обита чешуею деревянною, на главе крест железный, полужный. Алтарь церкви и трапеза крыты тесом, около церкви и кладбища ограда деревянная. В конце восемнадцатого века церковь эта перестраивалась. Она была расширена, сделана пятиглавою, к ней пристроена 3-х ярусная колокольня с башенными часами, которые приобретены в 1800 году за 2000 руб. ассигнациями»3. Вот, собственно, и все, что можно почерпнуть из литературы о Рождественской церкви. Настоящая работа посвящена данному храму и построена на сопоставлении свидетельств доступных письменных источников с данными ее натурного обследования.

Обнаруженные документы рисуют нам гораздо более сложную строительную историю памятника, нежели она представлялась А.А. Титову. Оказалось, что первоначально храм именовался не Рождественским, а — Параскевы Пятницы. Между 1735 и 1740 гг. данная церковь подверглась значительной реконструкции по инициативе ее священника и прихожан. Из источника, который представляет собой указ 1740 г. Иоакима, архиепископа Ростовского и Ярославского, не вполне ясно, какие именно части памятника она затронула. То ли в самой церкви, то ли в ее трапезной старый свод «ради его низости» был разобран, стены «надкладены» и свод сложен снова, выше прежнего. В «левой», то есть в северной части трапезной, был устроен придел Николая Чудотворца, освященный в 1737 г. По окончании всех не только строительных, но и художественных работ архиепископ Иоаким 20 августа 1740 г. указал дать храму новое посвящение во имя Рождества Богородицы4.

Важно подчеркнуть, что описанная реконструкция 1735-1740 гг. вощажниковского храма является первым известным актом каменного церковного строительства в окрестностях Ростова, состоявшимся после перерыва в таком строительстве, который наступил в начале XVIII в.

Наиболее ранняя на данный момент инвентарная опись рассматриваемого храма, составленная в 1796 г. (далее — Опись 1796 г.), донесла до нас важные факты его истории и, в частности, описание ее облика: «Означенная церковь Рождества Пресвятыя Богородицы имеется каменная, низменная, четверостенная, об одной главе, с приделом в трапезе святаго Николая Чудотворца; снаружи оная церковь выбелена; глава обита чешуею деревянною и выкрашена зеленою краскою, на ней крест железной; крыта тесом; при ней колокольня возвышена над входом церковным, о четырех ярусах, верх шпилем; на ней крест железной. Внутри церкви олтаре и трапезе стены выбелены просто, окон во всей церкви осмнатцать, в них оконницы стекольчатые, решетки железные, пол кирпичной. Двери двои, в них затворы деревянные на железных лапах. У одних замок нутреной. Начало оной Рождественской церкви имеется 1700-го году»5.

Приведенное описание позволяет сделать следующие выводы. Нынешняя колокольня, примыкающая к западному фасаду трапезной, уже существовала в 1796 г., следовательно, построена до этого времени. Завершение же церкви в 1796 г. еще оставалось одноглавым, вероятно, первоначальным, или относящимся к 1735-1740 гг., а замена его пятиглавием произошла после 1796 г. Церковь в 1796 г. была крыта тесовой, очевидно, четырехскатной кровлей. Значит, усложненное криволинейное барочное покрытие храма (ил. 2), а также подобная по форме крыша его алтаря появились после 1796 г. Внутренняя настенная роспись церкви также возникла после 1796 г. Наконец, мы теперь имеем хоть и позднее, но все-таки достаточно надежное документальное подтверждение принятой в литературе датировки памятника 1700 г.

Общая композиция рассматриваемого здания имеет центрально-осевое построение: алтарь — собственно церковь — трапезная — колокольня (ил. 1, 2, 3, 4).

Собственно Рождественская церковь представляет собой вытянутый по оси север-юг двусветный четверик, перекрытый лотковым сводом. В зените последнего имеется круглое отверстие, над которым возвышается центральный световой барабан (ил. 5). Остальные четыре барабана глухие. С востока к церкви примыкает пониженный алтарный объем, перекрытый сводом, близким к конхе на распалубках. Характерно, что этот алтарь изнутри, будучи одноапсидным, снаружи оформлен тремя округлыми выступами, имитирующими апсиды (ил. 1, 6). Четверик трапезной, в отличие от собственно церкви, несколько вытянут по оси восток-запад. Ныне трапезная лишена сводов. Но первоначально они существовали, о чем свидетельствуют их следы на внутренней поверхности ее стен (ил. 7). Собственно церковь, алтарь и трапезная в нижних частях, доступных для обмеров, сложены из одинакового кирпича (30,5-32х14,5-15х6,5-8 см), и их кладка перевязана между собой. Значит, они построены одновременно, в 1700 г.

Напротив, кладка трапезной не перевязана с кладкой колокольни. Архитектура последней, наделенная чертами барокко, также говорит о позднем ее появлении. Известные документы умалчивают о времени строительства колокольни. По стилю ее можно было бы датировать второй половиной XVIII в. Но более вероятно, что колокольню возвели незадолго до 1796 г. Характерно, что кирпич, из которого сложена последняя, по размерам (30х14-15х7,5-8 см) практически не отличается от кирпича XVII в. Однако, по моим наблюдениям, подобный большемерный кирпич применялся в строительстве Ростова и его окрестностей вплоть до конца XVIII — начала XIX в. Натурные исследования не подтвердили мнение А.А. Титова о том, что церковь была расширена в конце XVIII в. (см. выше). На самом деле, общие горизонтальные размеры алтаря, собственно церкви и трапезной с 1700 г. по сию пору не изменились.

Обследование завершения церкви выявило то, что не только боковые барабаны имеют позднее происхождение, а и центральный барабан с самого основания полностью переложен после 1796 г., о чем свидетельствует его кладка, состоящая из разнокалиберного кирпича (ил. 8), — такая же, как у боковых барабанов.

Далее сосредоточим наше внимание на древнейшей части здания, относящейся к 1700 г. На стенах и сводах в интерьере алтаря, церкви и трапезной нет никаких элементов архитектурного декора. Следует отметить наличие в северной и южной стенах, у места соединения их с восточной стеной церкви, вертикальных пазов, типичных для XVII в., выложенных еще в процессе строительства здания, которые предназначались для крепления первоначального иконостаса. В то же время на упомянутой восточной стене отсутствуют какие-либо элементы оформления, присущие церковным интерьерам, созданным по замыслам ростовского митрополита Ионы (1652-1690), или таким, которые возникли в подражание последним6. Как мы помним, первоначально Рождественский храм не был расписан, поэтому тогда важнейшим элементом убранства его интерьера являлся иконостас. К сожалению, он не сохранился. Согласно Описи 1796 г., в названном храме имелся вызолоченный «иконостас столярной с резбою», состоявший из шести рядов (снизу вверх): местного, праздничного, апостольского, пророческого, праотеческого и страстного в особых клеймах7. По общей схеме данный иконостас соответствовал иконостасам ростовского Успенского собора — как тому, который был создан в 1694-1695 гг., так и сменившему его иконостасу 1731-1740 гг.8 Поэтому ныне невозможно установить датировку иконостаса рассматриваемой церкви.

Большая часть наружного декора памятника была сбита во время одного из его ремонтов. Ныне, поскольку поздняя штукатурка и побелка в значительной степени осыпались, очертания и фрагменты этого декора, — в первую очередь, оконных наличников — стали хорошо различимы. Поэтому теперь можно составить довольно отчетливое представление о первоначальном внешнем убранстве храма.

Углы собственно церкви и трапезной оформлены плоскими лопатками. В промежутках между апсидами алтаря помещены полуколонны (ил. 6). Венчающие карнизы собственно церкви, алтаря и трапезной одинаковы. Они составлены (снизу вверх) из валика, плоской панели, двух полочек, ряда сухариков, четверного валика и двух полочек (ил. 9). К сожалению, теперь, когда мы знаем, что верх стен части, а может быть, и всего памятника между 1735 и 1740 гг. перекладывался и надстраивался, трудно решить, к какому времени относится форма указанных карнизов. Она может соответствовать первоначальным карнизам, а может относиться и ко второй половине 1730-х годов.

Нижние оконные проемы собственно церкви, а также алтаря и трапезной сильно искажены поздними растесками, которые повредили нижние и боковые элементы наличников. По уцелевшим фрагментам можно судить о том, что наличники всех упомянутых окон были почти одинаковы. С боков они имели вертикальные тяги в виде валика, а в завершении — сдвоенные килевидные кокошники (ил. 6, 9).

В отличие от нижних верхние окна собственно церкви не были растесаны, сбили лишь их наличники. Последние, в отличие от наличников всех нижних окон, обладали более развитой и выразительной формой. С боков их составляли полуколонки, снизу — два расположенные один под другим карниза, сверху — подобные же два карниза, а в завершении располагались кокошники с очень вытянутыми вверх килями, которые врезались даже в венчающий карниз храма (ил. 9). Рельефные обрамления в виде валика имели и ниши киотов (ныне заложены), располагавшиеся между верхними окнами памятника (ил. 9).

В целом описанный наружный декор характерен для русской архитектуры второй половины XVII в. О конце этого столетия говорит, пожалуй, лишь наличие парных карнизов в нижней части наличников верхних окон.

Ближайшим аналогом нижним наличникам здания являются наличники нижних окон церкви Похвалы Богородицы (1695) Ростовского Петровского монастыря. Но это не значит, что такие наличники представляют собой нечто сугубо ростовское. Сходные наличники широко использовались в зодчестве Ярославля и других русских земель во второй половине XVII в. В рассматриваемом памятнике вообще нет ни одной формы, присущей лишь ростовскому зодчеству XVII столетия. Нет в Рождественской церкви и явных черт нарышкинского стиля, распространившихся в архитектуре Ростова и его окрестностей в 1690-е годы.

По моим наблюдениям, все архитектурные памятники, построенные в Ростове и его окрестностях в середине XVII — начале XVIII в., в стилистическом отношении делятся на две большие группы. Первую из них составляют здания, имеющие ярко выраженные местные, весьма своеобразные черты. Ко второй принадлежат те сооружения, в которых таких черт нет, а есть лишь формы, присущие общерусской архитектурной традиции того времени. Рассмотренная Рождественская церковь, как мы убедились, относится ко второй из этих групп.

  1. Крылов А. Историко-статистический обзор Ростово-Ярославской епархии. Ярославль, 1861. С. 261; Титов А.А. Ростовский уезд Ярославской губернии. М., 1885. С. 515; Краткие сведения о монастырях и церквах Ярославской епархии. Ярославль, 1908. С. 155; Федотова Т.П. Вокруг Ростова Великого. М., 1987. С. 55, 57.
  2. Титов А.А. Ростовский уезд... С. 515.
  3. Титов А. С. Вощажниково и вощажниковская вотчина в старинном Запурском стану Ростовского уезда. Ярославль, 1903. С. 2-3.
  4. РФ ГАЯО. Ф. 123. Оп. 1. Д. 7. Л. 15-16.
  5. РФ ГАЯО. Ф. 196. Оп. 1. Д. 472. Л. 1.
  6. См. напр.: Мельник А.Г. Ростовский митрополит Иона (1652-1690) как творец сакральных пространств // Иеротопия. Создание сакральных пространств в Византии и Древней Руси / Ред.-сост. А.М. Лидов. М., 2006. С. 741-753.
  7. РФ ГАЯО. Ф. 196. Оп. 1. Д. 472. Л. 3-5.
  8. См.: Мельник А.Г. Интерьер ростовского Успенского собора в XVI — XVIII вв. // СРМ. Ростов, 1993. Вып. 5. С. 72-78.