С.В. Сазанов

К ранней истории синодичных предисловий.

Одним из типов древнерусского Синодика является Синодик - литературный сборник1, куда, помимо списков лиц, предназначенных для поминания во время службы, входят различные литературные предисловия. Особую проблему составляет вопрос о времени и месте возникновения этого памятника.Речь идет не о возникновении Синодиков-помянников2, а о появлении помянников с литературными предисловиями, о времени и месте появления первого синодичного предисловия. Один из первых исследователей Синодика Е. В. Петухов относил его возникновение "не ранее как к самому концу XVI в."3. Несколько раньше А. С. Павлов, занимавшийся церковным землевладением, пришел к выводу, что первое синодичное предисловие появляется в XV в. и принадлежит перу Иосифа Волоцкого4. К этому выводу исследователь пришел, опираясь на упоминание в Уставе Иосифа Волоцкого "слова", написанного в "сенатице" и озаглавленного "Свидетельство от божественных писаний о спасительных и душеполезных книгах, о сенатице и о вседневном поминании". Синодичное предисловие с таким названием Павлов обнаружил в составе одного из сборников Соловецкой библиотеки (ГПБ, Соловецкое собр., № 329), который датировал XV в. Автором этого произведения Павлов считал Иосифа Волоцкого5. Несмотря на ошибку в датировке сборника (И. В. Дергачева датирует эту рукопись XVII в.6), мнение А. С. Павлова утвердилось в последующей историографии. Существенные аргументы в его пользу появились после введения в научный оборот А. А. Зиминым Синодика Иосифо-Волоколамского монастыря (ИРЛИ, оп. 23, № 52), в составе которого (на лл. 40-44) обнаружилось произведение с указанным выше надписанием7. Автором этого произведения А. А. Зимин назвал Иосифа Волоцкого, а временем его появления считал 80-90 гг. XV в.8 В литературе уже отмечалось, что А. А. Зимин никак не обосновал ни атрибуцию, ни датировку памятника9. Подробное исследование рукописи Иосифо-Волоколамского Синодика, а также содержащегося в ней "Сказания... о спасительных и душеполезных книгах..." было проведено Н. А. Казаковой10. Ею же был опубликован текст "Сказания...", а также текст находящегося в той же рукописи вступления к записям вкладов (л. 66 об.-67 об.)11. Исследование рукописи Синодика Иосифо-Волоколамского монастыря позволило Н. А. Казаковой сделать следующие выводы. Синодик по своему содержанию делится на три части. Первая часть включает лл. 1-39. На лл. 1-2 рукописи "находится окончание какого-то произведения о пользе поминаний". Затем (лл. 3-39) следует "Помянник" Волоколамского монастыря. На первом листе "Помянника", после заголовка (л. 3 рукописи), указывается, что "начаток бысть писати сие поминание грешным и непотребным иноком Иосифом", внизу листа проставлена дата "6987" (1479). Исследуя филиграни и поминания этой части Синодика, Н. А. Казакова приходит к выводу, что список "Помянника" был написан между 1505 и 1512 годами. Отсюда следует важный для нас вывод, что "перед нами не автограф Иосифа, относящийся к году основания монастыря". (Как можно было бы предположить исходя из приведенного выше текста). И далее: "Этот список представляет собой копию, которой между 1505 и 1512 годами был заменен, очевидно, пришедший в ветхость первоначальный список "Помянника"12. Вторую часть Синодика (лл. 40-66 об.) составляют предисловия, которые открываются "Сказанием о спасительных и душеполезных книгах". Затем следует подборка текстов из святоотеческой литературы. Эта часть Синодика, по наблюдениям Н. А. Казаковой, написана двумя почерками: почерком № 2-лл. 40-49 (почерком № 1 написана 1 часть) и почерком До 3 - лл. 49 об.-66 об. По водяным знакам эта часть датируется второй половиной XV - началом XVI в.в.13 Н. А. Казакова указывает, что несмотря на наличие двух почерков, эта часть рукописи была написана одновременно. Третья часть Синодика содержит отдельные поминания. По ним Н. А. Казакова датировала ее 1504 - 1507 гг. Эта часть написана на той же бумаге, что и вторая часть. Ее почерк совпадает в почерком № 3.

Н. А. Казакова отмечает, что точная датировка третьей части Синодика позволяет уточнить и датировку второй части памятника, содержащей предисловия, в том числе и "Сказание о спасительных и душеполезных книгах". Некоторые изменения почерка (№ 3) в третьей части Синодика позволили ей утверждать, что вторая часть была написана несколько раньше - в конце XV в. Ниже, обнаружив сходные мысли и упоминание одних и тех же лиц в "Сказании... о спасительных и душеполезных книгах..." и Послании Иосифа Волоцкого княгине Голениной, Н. А. Казакова приходит к выводу, что "Сказание..." было одним из источников Послания княгине Голениной, и что оба произведения принадлежат одному автору - Иосифу Волоцкому14.

Некоторые положения работы Н. А. Казаковой вызывали возражения Я. С. Лурье. Соглашаясь с датировкой 1 и 3 частей Синодика, он, на наш взгляд, справедливо обратил внимание на то, что незначительная и трудноуловимая разница в почерке (№ 3) между 2 и 3 частями памятника, а также смена пера и чернил не обязательно свидетельствуют об интервале между написанием 2 и 3 части памятника. А если даже предположить, что такой временной интервал и существовал, невозможно установить его размеры15. Таким образом, датировка второй части Синодика концом XV в., в то время как 1 и 3 части определенно датируются временем после 1504-1505 гг., представляется Я. С. Лурье неубедительной. Возражения вызвала и атрибуция "Сказания..." Иосифу Волоцкому: "сколько-нибудь значительных текстуальных совпадений между "Сказанием" и Посланием Голениной обнаружить не удалось, а сходные мысли в памятниках, вышедших из одной среды и в один период, совершенно естественны; не менее естественно упоминание в качестве главных вкладчиков Волоколамского монастыря в обоих случаях одних и тех же лиц (волоколамских князей)..."16.

Несмотря на то, что А. А. Зимин, Н. А. Казакова и Я. С. Лурье обратились к ранней истории синодичных предисловий попутно, в процессе изучения других проблем, с появлением их работ в изучении данной темы произошел существенный поворот. Впервые было обращено внимание на один из ключевых и наиболее ранних памятников, содержащих синодичные предисловия - Синодик Иосифо-Волоколамского монастыря начала XVI в. Получило подтверждение предположение о появлении в начале XVI в. (а не в конце XV в., как считали А. С. Павлов и Н. А. Казакова, присоединяюсь здесь к мнению Я. С. Лурье) одного из первых синодичных предисловий - "Сказания... о душеполезных и спасительных книгах...". Это произведение появилось в среде иноков Иосифо-Волоколамского монастыря, возможно, что его автором являлся и сам Иосиф Волоцкий.

В последнее время проблематике синодичных предисловий ряд статей и диссертацию посвятила И. В. Дергачева17. В этих работах значительное внимание было уделено и проблеме происхождения этих произведений. На основании изучения большого количества Синодиков ХV - ХVII вв., И. В. Дергачевой удалось выделить первую, наиболее раннюю редакцию синодичного предисловия. Этой редакцией И. В. Дергачева считает т. и. "трехсловное" предисловие. В статьях 1988 и 1990 гг. автор приводит список из девяти и одиннадцати Синодиков, в которых имеется данное предисловие. Наиболее ранним списком этой редакции в обеих работах называется упоминавшийся выше Синодик Иосифо-Волоколамского монастыря (ИРЛИ, оп. 23, № 52). Имеется в виду текст на лл. 1-2, который Н. А. Казакова определила как "окончание какого-то произведения о пользе поминаний"18. Начало этого текста отсутствует, но может быть восстановлено по другим спискам этой редакции. Однако, в той же рукописи имеется и еще одно предисловие - упомянутое выше "Сказание... о спасительных и душеполезных книгах..." и следующие за ним святоотеческие тексты. Логичным было бы попытаться выяснить взаимоотношение между этими двумя произведениями, прежде чем объявлять одно из них более древним. Вызывает недоумение и датировка рукописи Иосифо-Волоколамского Синодика в статье 1988 г. 80-90 гг. XV в.19 Автор возвращается здесь к датировке А. А. Зимина, несмотря на то, что она была убедительно пересмотрена Н. А. Казаковой. Никакого обоснования отказа от выводов Н. А. Казаковой не приводится. Ниже И. В. Дергачева привлекает результаты исследования Н. А. Казаковой рукописи Синодика. Используя датировку Казаковой второй части рукописи Синодика концом XV в., И. В. Дергачева датирует этим временем текст первой редакции синодичного предисловия ("трехсловного"), находящейся в 1 части рукописи20, хотя Казакова относит 1 часть рукописи к 1505 - 1512 гг. Возникает вопрос: какой же из этих текстов ("Сказание..." и "трехсловное" предисловие) является, по мнению И. В. Дергачевой, более ранним? Вызывает возражения и атрибуция "трехсловного" предисловия Иосифу Волоцкому, которую И. В. Дергачева вводит в этой статье практически без аргументации21.

Несколько по-иному разрешены вопросы датировки и атрибуции 1 редакции синодичного предисловия в диссертации И. В. Дергачевой22. Существенным достижением здесь представляется введение в круг используемых списков Синодика Павло-Обнорского монастыря (ГИМ, собр. Барсова, До 952), в котором на лл. 2 об. - 3 об, имеется "трехсловное" предисловие. Наблюдение над поминаниями этого Синодика привели И.В.Дергачеву к заключению, что он был составлен до 1481 г.23 Эта рукопись не упоминается И. В. Дергачевой ни в статье 1988 г., где перечисляются 9 рукописей, содержащих "трехсловное" синодичное предисловие, ни в статье 1990 г., где перечисляются уже 11 рукописей. Создается впечатление, что именно диссертация, где упоминается уже 14 рукописей24, отражает окончательные взгляды И. В. Дергачевой на происхождение синодичных предисловий25.

Введение в оборот Синодика Павло-Обнорского монастыря показало, что Синодик Иосифо-Волоколамского монастыря, написанный, судя по выводам Н. А. Казаковой, в начале XVI в., не является древнейшим списком синодичного предисловия. Таким образом, и датировка, и атрибуция И. В. Дергачевой становятся весьма сомнительными. Однако, в диссертации И. В. Дергачева называет Иосифо-Волоколамский Синодик автографом Иосифа Волоцкого и датирует его 1479 г.26 Так же датирована рукопись и в "Предварительном списке славяно-русских рукописных книг XV в., хранящихся в СССР"27. Если эта датировка верна, то перед нами действительно автограф Иосифа Волоцкого. В этом случае придется признать, что он сам в течение более чем 20 лет вносил записи в Синодик своего монастыря. Однако, ни В. И. Дергачева, ни составитель "Предварительного списка..." не приводят аргументов, позволивших им пересмотреть датировку Н. А. Казаковой. Но, даже если их датировка верна, она никак не доказывает, что автором "трехсловного" предисловия был Иосиф Волоцкий. Другим аргументом для такой атрибуции И. В. Дергачева считает наличие "трехсловного" предисловия в одном из сборников сочинений Иосифа Волоцкого (ГПБ. Сол., № 329). По мнению И. В. Дергачевой, это указывает, что авторство этого предисловия рукописная традиция приписывала Иосифу Волоцкому28. Атрибуция "трехсловного" предисловия Иосифу Волоцкому, основанная на этих двух аргументах, не может быть признана до конца убедительной.

Таким образом, начиная с XIX в., вопрос о времени и месте происхождения первых синодичных предисловий имеет достаточно большую историографию. В научный оборот введен ряд ранних списков синодичных предисловий ХV - ХVI вв. Их анализ позволяет придти к выводу, что наиболее ранними предисловиями к Синодику являются "Сказание... о спасительных и душеполезных книгах..." и выявленное И. В. Дергачевой "трехсловное" предисловие. Однако время появления и атрибуция этих произведений (особенно второго) не могут считаться установленными. В настоящей работе мы вновь возвращаемся к этим вопросам.

Как уже отмечалось выше, в одном из самых ранних Синодиков, имеющих литературные предисловия - Синодике Иосифо-Волоколамского монастыря - имеются два подобных произведения. Одно из них, "трехсловное" предисловие, находится на лл. 1-2 рукописи, в ее первой части, второе - на лл. 40-66 об., во второй части рукописи. В связи с этим возникают вопросы. 1) Имелись ли эти предисловия в Синодике 1479 г? 2) Полностью ли это самостоятельные произведения, или они находятся во взаимной связи.

Ответ на первый вопрос зависит от того, считаем ли мы этот Синодик автографом Иосифа Волоцкого или копией начала XVI в. Очевидно, что такой копией могла быть только первая часть рукописи (л. 1-39). Таким образом, "Сказание...", расположенное на следующих листах, следует отнести к более позднему времени. Но и "трехсловное" предисловие могло попасть в состав Синодика позднее, в начале XVI в. Напомним, что заголовок, открывающий Помянник монастыря, как и текст с именем Иосифа и датой, находятся на л. 3 рукописи, после "трехсловного" предисловия. Писец, копировавший Помянник 1479 г., мог вписать перед ним предисловие, отсутствующее в его образце. Таким образом, до тех пор, пока не будет доказано, что первая часть Иосифо-Волоколамского Синодика написана рукой Иосифа Санина, мы не можем ответить утвердительно на этот вопрос.

Для ответа на второй вопрос сравним некоторые тексты "трехсловного" предисловия и "Сказания... о спасительных и душеполезных книгах..."29.

"Трехсловное" предисловие"Сказание..."
"Сиа книга спасена и душеполезна...""Сказание, имущее свидетельство от божественных писаний, о спасительных и душеполезных книгах, о синанице и о повседневном поминании..."
"Сими же книгами избавитись мукы вечные...""Сих же ради душеполезных книг и спасительныих имамы избавитися вечныя мукы..."
"Аще ли кто чред держа црквьныа службы, рекше недели, леностью и небрежением не поминает написанных в книгах сих, сам непомяновен будет пред богом...""Дръжащим же неделю священником и диаконом, такоже и прочитающему сенаник о сем подобает со многым опасньством попечение имети, яко да сенаник и повседневное поминание тако да прочитаеться, яко же поведено есть и написано".
"Тако и мы пострадати имамы, аще леностию и небрежением сна святая и душеполезныа книгы имамы приобидети и не прочитати сих..."

Как видим, между "трехсловным" предисловием и "Сказанием..." имеются прямые текстуальные совпадения. В "Сказании..." прямо используется текст "трехсловного" предисловия, однако, те же мысли излагаются здесь более пространно. Совпадения с "трехсловным" предисловием имеются и у другого произведения, вышедшего из того же монастыря. Речь идет о "Послании Иосифа Волоцкого княгине Голениной".

"Трехсловное" предисловие"Послание..."
"Сиже пишем к вам, пастырем, рекше игуменом и учителем стада Христова. Иже кто мних паствы вашеа нищетою духовною жива, преставись от житиа сего, не глаголите: "Не да въклада, не пишем его в поминание", - то уже песте пастуси, но наемници и мздоимци. Како дръзнете рещи пред богом въ страшныи день: "Се аз и дети мои", а не приносяще длъжных молитв за душа их. Аще ли кто имеа что преставитсь, а не дась церкви божий ни отцу своему пастырю, но оставит плотьскому роду своему, и вы оприче есте греха сего. Их же възлюби, от тех чает въсприати; сеа в плоть, от плоти пожнет тление, сеа и в дух, от духа пожнет жизнь вечную"30."...ино, госпоже, у нас строевъ, которых в монастыри погребают, ина тех и даром пишют в синаникъ, да и в годовое поминание на год, и на нищих бог не истязуеть, а богатой кождо по своей силе истязанъ бу- деть. Хотя хто и в черньцы пострижется богатой, а не дасть по своей силе, ино его не велено поминати в том монастыри"31.

Здесь перед нами уже не текстуальное, а смысловое совпадение. В "трехсловном" предисловии говорится об обязанности игумена, отвечающего за свою паству, записывать в поминание даже тех из братии монастыря, которые по бедности не могли сделать соответствующий вклад. Что касается людей богатых, не пожелавших сделать вклад на посмертное поминание, то это является свободным их выбором. Незанесение их имени в Синодик не является грехом игумена. В Послании Иосифа Волоцкого эта "теоретическая установка" разъясняется уже как существующая в монастыре практика. Можно ли из этих текстуальных и смысловых совпадений сделать вывод, что все эти произведения принадлежат перу одного автора - Иосифа Волоцкого? Никаких указаний на это у нас нет. Однозначным представляется только вывод о том, что текст "трехсловного" предисловия был хорошо известен в Иосифо-Волоколамском монастыре и неоднократно привлекался и как источник прямых текстуальных заимствований, и как "теоретическое" обоснование сложившейся в монастыре практики поминаний32.

Попробуем выяснить время и место происхождения "трехсловного" предисловия. Для этого привлечем еще одну рукопись, где это произведение дошло до нас в составе другого, более сложного текста. Этот текст имеется в составе сборника Кирилло-Белозерского книгописца Ефросина (ГПБ, Кир-Бел, собр., № 6/1083, лл. 300-308). Н. В. Понырко, описывая сборник, делит этот текст на три статьи33. Эти статьи объединяются одним почерком (не Ефросина, его почерк начинается в конце произведения на л. 308 об.). Единое целое они составляли и в понимании самого Ефросина. Его почерком на полях л. 308 об, приписано: "4 словца чюдны з[ело]". Н. В. Понырко относит эту помету к следующей статье сборника34, однако, она расположена на полях как раз против интересующего нас текста35 и отражает его внутреннее членение. О назначении этого произведения говорит заголовок первой статьи: "Се поминание святыа Богородици епископь и веся Ростовъскыя земли за цари, за князи, за митрополиты и за епископы, за архимандриты и за игумены, о иереском чину и о мнишьском, и о всех правоверных христианех"36. Уже это заглавие говорит о том, что перед нами предисловие к Помяннику (Синодику) ростовского Успенского собора - кафедрального собора ростовских архиереев. Наше предположение подтверждается тем, что аналогичный текст сохранился в ростовской синодичной традиции. Он имеется в Синодике ростовского Богоявленского монастыря (вторая половина XVII в.)37 и, без первой статьи, в Синодике ростовского Успенского собора (вторая половина XVII в.)38. В тексте сборника Ефросина и в предисловии Синодика Богоявленского монастыря имеется общий дефект - перестановка текста в первой статье. Этот дефект имелся, очевидно, в их протографе - предисловии к Синодику ростовского Успенского собора XV в.39

Когда же и в связи с чем было создано это произведение? Некоторые выводы об этом можно сделать еще до сравнения его с близкими текстами. Сборник КБ-6 датируется Н. А. Понырко 80-ми годами XV в.40 Синодик ростовского Успенского собора, откуда был переписан интересующий нас текст, должен был появиться ранее этого времени. Косвенные указания на более раннюю датировку имеются в приведенном выше названии этого произведения. Ростовские архиереи названы здесь епископами. Между тем, с 1448 г. у ростовских иерархов появился новый титул архиепископов41. Можно полагать, что в Синодике кафедрального собора епархии, имевшем, несомненно, официальный характер, изменение титулатуры должно было отразиться42. Таким образом, верхней границей появления этого произведения следует считать 1448 г.

Сравним текст предисловия к ростовскому Синодику с синодичным предисловием 1 редакции, прежде всего с предисловием к Синодику Павло-Обнорского монастыря43.

  1. В Синодике Павло-Обнорского монастыря отсутствует приведенное выше заглавие Ростовского Синодика.
  2. В Синодике Павло-Обнорского монастыря отсутствует первая статья Ростовского Синодика, повествующая об установлении христианства на Руси и епископии в Ростове и Новгороде.
  3. В Синодике Павло-Обнорского монастыря отсутствует следующий текст: "Предъеловие всякому хотящему приложитися душою к святей Богородице и вписати имя свое зде, пречтеть ему пономарь. Свыше по древнему преданию, иже от святых апостол, иже слугы и самовидци Словеси, и ее да ведомо будет, яко подобает хотящему вписати имя свое или кого своих ему, да прочтуть ему написанное ее предсловие, да от сего тепле бываеть на душеполезное стоение, и добреутешится святых муж словесы, свет приемля в души".
  4. После слов: "Сего ради. Господи Боже наш, молитвами Пречнстыа ти Матере...", в Павло-Обнорском Синодике находим: "... и святого святителя Григория Богослова". Этот текст отсутствует в Ростовском Синодике. Затем в обоих памятниках следует идентичный текст: "...и всех святых, сподоби ны наследником небесного царства быти".
  5. После слов: "...за них же приноситсь бескровная жрьтва, за вся правоверныя кристиане...", тексту Ростовского Синодика "...цари же, и князи, и святители, и велможи, и ерея, и мнихи, иже приложиашся ко святеи соборнеи церкви, наречение во имя Пречистыа Девы Богородици и до самого пришествия Его на землю судити живым и мртвым, и въздати комуждо по делом его. Ему ж слава в векы", в Синодике Павло-Обнорского монастыря соответствует более короткое: "...и до скончания мира сего, дондежде приидет Праведныи Суди".
  6. За этим текстом в Павло-Обнорском Синодике следует текст, отсутствующий в Ростовском Синодике: "Си же пишем вам, пастырем, рекше игуменом и учителем стада Христова, иже кто мних паствы вашеа нищетою духовною жива, преставись от житна сего, не глаголите: "Не да въклада, не пишем его в поминание", - то уже песте пастуси, но наемници и мздоимци. Како дръзнете реши пред Богом в страшный день: "Се аз и дети мои", а не приносяще длъжных молитв за душа их. Аще ли кто имеа что преставитсь, а не дась церкви Божий, ни отцу своему пастырю, но оставит плотьскому роду своему, и вы оприче есте греха сего. Их же взлюби, от тех чает всприяти; сеа в плоть, от плоти пожнет тление, сеа и в дух, от духа пожнет жизнь вечную. Ты же, пастырь словесных овец, со опасением имеи попечение о душах их, да с дерзновением речши пред Богом в страшный день: "Се аз и дети мои".
  7. Слова: "...ему же слава в векы. Аминь" в Ростовском Синодике стоят перед текстом "Аще ли кто чреду держа в божественнеи службе ... отмерится ему". (Слово "аминь" отсутствует в списке Ефросина, но имеется в Синодике ростовского Богоявленского монастыря. Отсюда заключаем, что оно было на этом месте и в их протографе - Синодике ростовского Успенского собора XV в). В Синодике Павло-Обнорского монастыря эти слова находятся после приведенного текста, и заключают все произведение.
  8. В Синодике Павло-Обнорского монастыря отсутствует "Поучение душеполезно", заключающее текст предисловия Ростовского Синодика. ("Поучение душеполезно. Яко же изъяснению иже по них светила и столпи церковнии... верова бо Авраам Богу и вменися ему в правду".).

Сравнение текстов двух синодичных предисловий позволяет, во-первых, более наглядно раскрыть внутреннюю структуру обоих произведений. Предисловие Ростовского Синодика состоит из следующих частей: 1) Общее заглавие Синодика ("ее поминание святыа Богородици епископь и веся Ростовскыя земли..."), в котором определяется название и назначение памятника, его принадлежность кафедральному Успенскому собору Ростовской епархии; 2) Статья о введении христианства на Руси и основании епископий в Ростове и Новгороде; 3) Заглавие предисловия, в котором определяется следующее за ним произведение ("Предъсловие...") и указывается его назначение ("...всякому хотящему приложитися душою к святей Богородице и вписати имя свое зде, прочтеть ему пономарь"); 4) Следующее затем предисловие состоит из двух "Поучений", разделенных текстом: "Аще ли кто чреду держа... отмерится ему".

Предисловие к Синодику Павло-Обнорского монастыря значительно меньше ростовского. Фактически оно ограничивается одним (первым) поучением Ростовского Синодика. Здесь, однако, имеется текст, отсутствующий в Синодике ростовского собора. Каковы же взаимоотношения между этими произведениями? Является ли протограф Павло-Обнорского предисловия сокращением предисловия Ростовского Синодика или, наоборот. Ростовский Синодик распространил синодичное предисловие 1 редакции? Сравним избыточные тексты обоих памятников.

Отсутствие в предисловии 1 редакции заголовков Ростовского синодика вполне объяснимо - они содержат прямые указания на ростовский Успенский собор и могли быть сокращены последующими редакторами, или, наоборот, приписаны ростовским редактором.

Первая статья ростовского предисловия также отражает местные интересы. Рассказ о возникновении первых русских епархий, который здесь приводится, отражает стремление ростовских иерархов доказать большую древность ростовской кафедры по сравнению с новгородской. Время его возникновения - вторая четверть XV в.44 Вероятно, программный характер этой статьи и стал причиной ее включения в Синодик кафедрального собора. Это должно было произойти до 70-х гг. XV в. В 70-е годы XV в. ростовские иерархи пытаются смягчить прямую полемичность этой статьи, фактически отказываясь от высказанных в ней исторических построений. Последнее отразилось, в частности, в составленной в это время новой редакции жития Леонтия Ростовского145.

Избыточный текст предисловия Синодика Павло-Обнорского монастыря представляет собой обращение автора предисловия к игуменам монастырей с призывом записывать в Синодик тех из братии монастыря, кто, по нищите своей, не смог оставить вклад на помин души (см. выше № 6). Текст этот напоминает поучение или послание занимающего высокое положение в церковной иерархии человека (например, епископа) к игуменам монастырей, находящихся в его юрисдикции. О высоком авторитете его автора свидетельствует и обличение тех игуменов, которые "уже несть пастуси, но наемници и мздоимци". Вряд ли в1479г. Иосиф Волоцкий, только что основавший свой монастырь, обладал столь высоким авторитетом. В то же время включение текста послания или поучения какого-либо из церковных иерархов игуменам монастырей именно в монастырский Синодик вполне объяснимо. Представляется логичным вывод, что предисловие 1 редакции составлялось в монастыре или для монастырского Синодика. Вполне объяснимо и отсутствие этого текста в Синодике кафедрального собора, система поминаний которого отличалась от монастырской. При составлении Ростовского Синодика его могли просто опустить.

Крупным разночтением между двумя текстами является отсутствие в Синодике Павло-Обнорского монастыря последнего "Поучения" Ростовского Синодика. В этом тексте нет ничего специфически ростовского, и составителю предисловия 1 редакции не было причин его сокращать. Следовательно, его прибавил составитель Синодика ростовского Успенского собора. Отсюда делаем единственно возможный, как нам кажется, вывод о первичности текста предисловия 1 редакции по сравнению с предисловием Ростовского Синодика. Таким образом, все "излишки" текста предисловия Синодика ростовского Успенского собора были внесены его составителем и им же, соответственно, удалены из его источника те места, которые его не устраивали. Сделанные нами выводы позволяют значительно удревнить время составления синодичного предисловия 1 редакции. Оно должно быть старше Синодика ростовского Успенского собора и, соответственно, должно быть составлено не позже первой половины XV в., до 1448 г.

Произведенное выше сравнение текстов позволяет сделать некоторые выводы о его первоначальном виде. Выше обращалось внимание на то, что слова "Ему ж слава в векы. Аминь." в ростовских Синодиках (в отличие от "трехсловного" предисловия) стоят перед текстом "Аще ли кто чреду держа в божественен службе, рекше неделю, леностию или небрежением непоминает написанных в книгах сих - сам непомяновен будет пред Богом. В ню же бо меру кто мерит, отмерится ему". Первая фраза является традиционной концовкой и, возможно, местом, где она стоит в ростовских Синодиках, и оканчивалось первоначально синодичное предисловие 1 редакции. Вторая фраза в архетипе этой редакции могла быть припиской. В процессе последующей переписки она могла войти в текст предисловия, а фраза - концовка переместилась ниже. Основываясь на этом, можно предположить, что составитель предисловия Синодика ростовского Успенского собора пользовался непосредственно архетипом предисловия 1 редакции.

В тексте синодичного предисловия находим косвенное указание на возможное место составления этого архетипа. В Синодике ростовского Успенского собора опущено имя Григория Богослова, который вместе с Богоматерью выступает здесь, по определению И. В. Дергачевой, как пособник к "наследию небесного жития"46. Это имя, несомненно, имелось уже в архетипе синодичного предисловия. Оно имеется не только в предисловии к Синодику Павло-Обнорского монастыря, но и в других Синодиках, отразивших этот памятник47. Выше уже указывалось, что синодичное предисловие 1 редакции является, скорее всего, монастырским памятником. Имя Григория Богослова, несколько неожиданное в данном контексте, позволяет предположить в нем небесного патрона монастыря, где было составлено синодичное предисловие. О том, что русские книжники понимали это именно так, свидетельствует приведенный И. В. Дергачевой пример с заменой в Синодике Михаила Златоверхого монастыря имени Григория Богослова на архангела Михаила, покровителя монастыря48. Об этом же косвенно свидетельствует и его отсутствие в Синодике ростовского Успенского собора. Избрание имени Григория Богослова в качестве посвящения - крайне редкое явление. Нам известен только один монастырь, посвященный этому святому - Григорьевский затвор в Ростове.

Сведения об этом монастыре очень скудны. Впервые он упоминается в житии Стефана Пермского, написанном Епифанием Премудрым. Согласно житию, Стефан "постришеся в черньци, во граде в Ростове у святого Григория Богослова, в монастыри нарицаемем Затворе, близ епископьи, яко книги многи бяхоу тоу доволны суща ему на потребу почитания ради при епископе Ростовстем Парфении..."49. Этот текст характеризует ростовский монастырь как один из крупных центров книжности Древней Руси конца XIV в. Видимо, не случайно именно отсюда вышли такие крупные деятели, как Стефан Пермский и Епифаний Премудрый. В последующее время это его значение, видимо, упало, но монастырь продолжал свое существование вплоть до конца XVII в.50 Начиная с XVI в. он упоминается как "домовой" монастырь ростовских владык51. Возможно в этом качестве он существовал и в конце XIV в. На это может указывать определение "близ епископьи" в тексте жития. Вспомним, что в качестве "пособников к наследию небесного жития" в синодичном предисловии упоминаются не только Григорий Богослов, но и Богоматерь. Обращение к этим покровителям полностью отвечает положению обители: Григорий Богослов - покровитель монастыря. Успению Богоматери посвящен главный храм епархии, при архиерейском доме которой существовал этот монастырь.

Созданное не позднее первой половины XV в. синодичное предисловие 1 редакции было впоследствии привлечено при создании предисловия к соборному Синодику ростовских архиереев. Предисловие владычного Синодика не получило широкого распространения, видимо, из-за тенденциозности его статьи. Предисловие же, созданное в Григорьевском затворе, встречается не только в Синодиках, происходящих из пределов Ростовской епархии (как, например. Синодик Павло-Обнорского монастыря), но и в Синодиках других церквей и монастырей52. Чем же вызвано столь широкое его распространение?

И. В. Дергачева отмечает наличие интересующего нас предисловия в позднейших Синодиках московского Успенского собора53. Она предполагает, что основа этих Синодиков могла восходить к более раннему памятнику - Синодику, составленному после постройки в 1479 г. нового здания Успенского собора54. Напомним, что к украшению нового храма имел непосредственное отношение ростовский архиепископ Вассиан (Рыло) - духовник великого князя55. Именно через ростовского архиепископа предисловие, написанное в Григорьевском затворе, могло попасть в Синодик московского Успенского собора. Ну, а его наличие в Синодике центрального храма митрополии должно было предопределить дальнейшее широкое распространение этого произведения.

  1. Дергачева И. В. Типология Синодиков в русской письменности ХV - ХVII вв. М. 1990. С. 261.
  2. Вероятно, ко времени появления Синодика - литературного сборника. Синодики-помянники имели на Руси уже длительную историю.
  3. Петухов Е. В. Очерки из литературной истории Синодика. СПб. 1895. С. 88.
  4. Павлов А. С. Исторический очерк секуляризации церковных земель в России. Одесса, 1871. Ч. 1. С. 18-19.
  5. Там же. С. 19.
  6. Дергачева И. В. К литературной истории древнерусского Синодика. // Литература Древней Руси. Источниковедение. Л., 1988. С. 66 - 67.
  7. 3имин А. А. О политической доктрине Иосифа Волоцкого. // ТОДРЛ. М.; Л., 1953. Т. 9. С. 168 - 169.
  8. Там же.
  9. Лурье Я. С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV - начала XVI века. М.; Л.. 1960. С. 247.
  10. Казакова Н. А. Вассиан Патрикеев и его сочинения. М.; Л., 1960.
  11. Там же. С. 355 - 357.
  12. Там же. С. 344.
  13. Там же. С. 344 - 345.
  14. Там же. С. 348 - 353.
  15. Лурье Я. С. Идеологическая борьба в русской публицистике..., с. 248.
  16. Там же.
  17. Дергачева И. В. Становление повествовательных начал в древнерусской литературе ХV - ХVII веков. (На материале Синодика). Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. М., 1987. Она же. К литературной истории древнерусского Синодика. // Литература Древней Руси. Источниковедение. Л., 1988. Она же. Типология Синодиков в русской письменности ХV - ХVII вв. М., 1990.
  18. Казакова Н. А. Вассиан Патрикеев и его сочинения. С. 343.
  19. Дергачева И. В. К литературной истории древнерусского Синодика. С. 67.
  20. Там же. С. 69.
  21. Там же.
  22. Дергачева И. В. Становление повествовательных начал в древнерусской литературе ХV - ХVII веков. (На материале Синодика). Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. М., 1987.
  23. Там же. С. 131. К сожалению, с рукописью Синодика нам познакомиться не удалось.
  24. Дергачева И. В. Становление повествовательных начал в древнерусской литературе ХV - ХVII веков. (На материале Синодика). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. М., 1987. С. 7.
  25. В статье 1990 г. (С. 263, прим. 51) И. В. Дергачева упоминает свою статью 1988 г. как находящуюся в печати. Отсюда делаем вывод, что обе статьи, в основе, написаны до защиты И. В. Дергачевой диссертации в 1987 г.
  26. Дергачева И. В. Становление повествовательных начал.., с. 131.
  27. Предварительный список славяно-русских рукописных книг XV в., хранящихся в СССР. Сост. А. А. Турилов. М., 1986. С. 73. № 247.
  28. Дергачева И. В. Становление повествовательных начал..., с. 35.
  29. "Трехсловное" предисловие цитируется по Синодику Павло-Обнорского монастыря. См.: Дергачева И. В. Становление повествовательных начал..., с. 165 - 166. Приложение. Текст. "Сказания о спасительных и душеполезных книгах..." цитируется по публикации Н. А. Казаковой (см. прим. 11).
  30. Дергачева И. В. Становление повествовательных начал с. 165 - 166.
  31. Послание Иосифа Волоцкого княгине Голениной. // Памятники литературы Древней Руси. М., 1984. С. 352.
  32. Может быть это и послужило причиной его включения в сборник, содержащий произведения Иосифа Волоцкого. (ГПБ. Сол., № 329). По наблюдениям Р. П. Дмитриевой, в Иосифо-Волоколамском монастыре "ученики переписывают и включают в свои сборники не только произведения своих учителей, но и те произведения, которые в свое время заинтересовали их наставников". См.: Дмитриева Р. П. Водоколамские четьи и сборники XVI в. //ТОДРЛ. Л., 1974. Т. 28. С. 230.
  33. М. Д. Каган, Н. В. Понырко, М. В. Рождественская. Описание сборников XV в. книгописца Ефросина. // ТОДРЛ. Л., 1980.
  34. Там же. С. 168.
  35. Эта помета расположена на полях л. 308 об., против заключительных строк этого произведения. Следующая помета на полях ("О строце скифянине") расположена против первых строк следующей статьи.
  36. ГПБ. Кирилло-Белозерское собрание. № 6/ЛО83. Л. 300.
  37. РЯ АХМЗ. Р-222.
  38. РЯ АХМЗ. Р-226.
  39. См. Нашу статью в настоящем сборнике
  40. М. Д. Каган, Н. В. Понырко, М. В. Рождественская. Описание сборников XV века книгописца Ефросина. С. 144.
  41. Полное собрание русских летописей. (ПСРЛ). М.; Л., 1949. Т. 25. С. 270.
  42. В другом памятнике официального происхождения. Московском великокняжеском своде 1479 г., ростовские владыки с 1448 г. устойчиво именуются архиепископами.
  43. Предисловие ростовского Успенского собора публикуется в Приложении к нашей статье. Текст "трехсловного" предисловия по Синодику Павло-Обнорского монастыря опубликован И. В. Дергачевой. См.: Дергачева И. В. Становление повествовательных начал..., с. 165 - 166.
  44. См. нашу статью в настоящем сборнике.
  45. Там же.
  46. Дергачева И. В. К литературной истории древнерусского Синодика..., с. 71.
  47. См., напр. Синодик Кирилла-Белозерского монастыря XVI в. - ГПБ. Кирилло-Белозерское собр. № 754/1011. Л. 2.
  48. Дергачева И. В. К литературной истории древнерусского Си- дика..., с. 71.
  49. Слово о житии и учении святого отца нашего Стефана, бывшего в Перми епископа. // Памятники старинной русской литературы, издаваемые графом Григорием Кушелевым-Безбородко. СПб., 1862. Вып. 4. С. 121.
  50. Мельник А. Г. К вопросу о времени существования Григорьев- скоте затвора в Ростове Великом, // Тезисы докладов на чтениях, посвященных А. С. и П. С. Уваровым (в печати).
  51. Там же.
  52. Перечень списков Синодиков 1 редакции см.: Дергачева И. В. К типологии Синодика в русской письменности ХV - ХVII вв. С. 265.
  53. Дергачева И. В. Становление повествовательных начал..., с. 28.
  54. Там же.
  55. Там же. СПб., 1910. Т. 20. С. 347, 348. ПСРЛ. СПб., 1853. Т. 6. С. 233, 234.
  56. Приложение

    Предисловие к Синодику ростовского Успенского собора (2-я четверть XV века) публикуется по рукописи ГПБ, Кирилло-Белозерское собрание, № 6/1083, л. 300-308 об., XV век, 80-е годы.

    л. 300. Се поминание святыа Богородици епископь и всея Ростовскыя земли за цари, за князи, за митрополиты и за епископы, за архимандриты и за игумены, о иереском чину и о мнишеком, и о всех правоверных христианех.

    Егда великый и благочьстивый царь и князь Владимир благоразумию сподобися, подобник быв

    л. 300 об, по всему великому и право//верному царю Константину, вниде в онь благодать Святаго Духа, и посла по всей земли, въ вся языкы испытати како верують. Испытав истинне о правовернои вере гречьстен и поиде Владимир к Царюграду, и приде преже к Корсуню, и плени град их, и посла в царьград к царема Василию и Константину: "Аще не даете за мя сестрь своеа, сътворю вама, яко и

    л. 301 сему граду сътворих". Они ж // послаша к нему послы своя, глаголюще: "Недостоить нам за неверныа давати, но аще крестишися, не токмо ее, но и царство небесное получиши". Рад же бысть Владимир слышав ее, и прислаша к нему царя сестру свою Анну в Корсунь. И прият крещение Володимер от патриарха Фотиа в лето 6496-е, в царство Василиа и Константи[на], и приведе с собою

    л. 301 об. из рекрек в Киев перваго митрополита Лео // на гречина, а с ним 4 епископи, и крести всю Русскую землю Леон митрополит и 4 епископи, иже с ним пришли, съ светом и благоволением благочьсти- ваго царя и князя Владимира. Нарече митрополию в Киеве, первый митрополит Леон бысть; и тех 4-х епископов, иже приидоша из Грек с Лесоном митрополитом, розсади по градом. Архиепископью нарече в Белегороде, пръвыи епископ гре

    л. 302. чин бысть, потом // другаго епископа гречина в Чернигове посади, третиаго - в Велыньскую землю посла, четвертаго епископа гречина, Феодора нарицаемаго, в Ростов посла с мучеником Борисом. Съ бысть пръвыи епископ в Ростово, и крести всю Ростовъскую и Суждалекую Залесьскую землю. Тем Си 4 епископи первонастолнии нарицаются. И нача множитися правоверная вера крестиань

    л. 302 об. ская. И оттоли начаща ставити // по иным градом епископы, в Новгород, и в Полтеск, и в Велыньскую землю. Яко же и апостолскаа проповедь от кого преже была, евангелие божественыа проповеди, крещение от кого прияли, - то суть пръвонастолници.

    Ярослав Правосуд, сын великаго Владимира, постави 1-го епископа вНовъгород Иоакима Волошанина. Тогда же посади сына своего стареишаго

    л. 303. Владимира в Новегороде. И постави 2 // -го епископа в Новъгород Жидяту Луку нарицаемаго. Се 2 епископ в Новегороде, яко же в летописце пишет, тъи Же и церковь святую Софию създа Володимер, 6553.

    Предъсловие всякому хотящему приложитися душею к святен Богородице и въписати имя свое зде, прочтеть ему пономарь.

    Свыше по древнему преданию, иже от святых апостол, иже слугы и самовидци Словеси, и ее да

    л. 303 об. ведомо будет // яко подобаеть хотящему въписати имя свое, или кого своих ему, да прочтуть ему написанное ее предсловие, да от сего тепле бываеть на душеполезное строение и добре утешится святых муж словесы, свет приемля в души.

    Поучение. Сия книгы спасеныа и душеполезныа суть. В них же написашася, хотяще душам своим спасенна и помощи в страшныи великыи день

    л. 304. грознаго // и трепетнаго Христова суда. Сими книгами избавитися мукы вечныя и пречестися в лик избранных и угожьших Христу, потрудившихся святых Бога ради и пострадавшиих царства ради небеснаго и своего спасениа, его же ради въсприяша венца нетленныя и царству небесному наследници быша. Сего ради. Господи Боже наш, въ имя пречистыа твоеа матери и всех святых молитвами

    л. 304 об. и нас сподоби наследником быти небеснаго // твоего царстна, видети, насладитися неизследимаго твоего света и радости неизглаголемыа, о Христе Исусе.

    Ови же написашася в здравие по вся дни, просфирою в службе. Инии же заупокой по вся дни, такожде просфирою в службе. И инии же по вся пяткы вечер и в суботу год до года, мольбою и кутьею в понахидах и просфирою в службе по вся дни, еже есть боле всех. Друзии же по суботам просфирою в службе трижды год до года.

    Сии же написашася любяще душу свою, хотяще видети вышнии град Иерусалим, чающе милости Божиа, желающе житиа с Христом в царствии небеснем, еже уготова Бог любящим его, их же око не виде, ни ухо слыша, ни на сердце человеку взити можеть.

    Иже бо кто имееть род и сръдоболя или чада, да тем оставять память творити по себе, яко же

    л. 305 об. Злато // уст глаголеть: "Аще неции дети будуть татие и разбойники, или пианици, да тем погубять родитель своих, и будуть пусти и беспамятни. Сих же память пребываеть в векы, их же имена написана суть в книгах сих, доколе и мир вселенная стоить и церкви святыа. В них же, приноситься Богу бескверная жрътва за вся правоверныя крес

    л. 306. тианы, цари же и князи, святители// и вельможа, ерея и мнихы, иже приложишася к святеи съборнеи церкви, нареченеи въ имя пречистыа девы Богородицы и до самого пришествиа его на землю судити живым и мртвым и въздати комуждо по делом его. Ему ж слава в векы.

    Аще ли кто чреду дръжа в бжственеи службе, рекше неделю, леностию или небрежением не поминает написанных в книгах сих - сам непомя

    л. 306 об. новен будет пред // Богом. В ню же бо меру кто мерить - отмериться ему.

    Поучение душеполезно. Яко же изъясниша иже по них светила и стлъпи церковнии, богоноснии отци повелеша и писанием предаша, акы божественую лествицу, възводящу от неначаемыя тьмы к свету добраго упованиа, пременяюща от скръби и туги на радость божественаго веселиа, упованиа и

    л. 307. жизни ве//чныя. Яко же пишеть великии Василии и иже с ним, яко не просто рекуше, ни яко же лучися преданиа божественаа прияхом за усопшая принос и молитвы, но зело на успех и волиу ползу преблагому Христу Богу нашему, тако произволивъшу в наше, верных, спасение. Си убо уяшняють и уверяють, паче же и възвещаеть всяку христо

    л. 307 об. любиву душу възвышають, егда бо слышим // Господа глаголюща. Пытайте писаниа, в нем же обряще живот вечныи, в них же есть обрести о блаженем Павле и о пръвомученице Фекле и о Григории папе, како убо за некрещеныа молиша и прощение получиша и почто си тако быша. И ели благостыни Божна уверится, и ты безвериа гоньзишися, и паче теплее будеши с верою посылати, а може и сам непомнозе поидеши. //

    л. 308. Аще ли речеть кто, яко они святи беша, апостол же и первомученица и папа, и аз ти реку, ей, но посмотри за кыя, но за неверныа ли молиша, ты же паче услышан будеши за единоверныя творя и крещены, а въ имя Отца и Сына и Святаго Духа,яко же волею Божиею ведущи и того хотение изложиша и уставиша. Треблажен убо есть сия твря, яко благых надежь не погрешить, яко ж и с верою зде написании. Ворова бо Авраам Богу1 и вменися ему в правду.

    1. В РКП. "Авраам к Богу" "к" - зачеркнуто киноварью.