Т.Л. Никитина

"Действовать на пользу охранения памятников родной старины"

Эпизод деятельности И.А. Шлякова в Кремлевской комиссии

Историю восстановления древних памятников Ростовского кремля в 1880 - 1890-х годах подробно изложили сами ее инициаторы и непосредственные участники - А.А. Титов и И.А. Шляков. Однако, описывая результаты многолетней работы, оба автора деликатно умалчивают о немалых трудностях, с которыми она была сопряжена.

Восстановлением древних памятников в Ростове с 1882 г. занималась особая комиссия, в работе которой активно участвовал И. А. Шляков. После открытия в Белой палате Музея Церковных Древностей в октябре 1883 г. И.А. Шляков был избран членом-корреспондентом Московского Императорского Археологического общества, а спустя три года стал его действительным членом. Устав этого влиятельного Общества, основанного графом А.С. Уваровым, обязывал его членов следить за состоянием памятников древности и срочно сообщать в Общество о случаях их повреждения или искажения. Ярославский губернатор А.Я. Фриде со своей стороны поручил И.А. Шлякову доставлять ему сведения об управлении Ростовским кремлем.

2 апреля 1888 г. И.А. Шляков писал губернатору: "неурядица в распорядках Ростовскаго кремля и происходит именно от того, что заведывание хозяйственною частию расположенным в кремле зданиям предоставлено четырем отдельно действующим ведомствам" (Архиерейскому дому, ростовскому Успенскому собору, духовному училищу и Кремлевской комиссии), каждое из которых (исключая Комиссию) заботится прежде всего об извлечении из памятников наибольшего дохода. "При установившейся системе таких распорядков в кремле, - пишет далее И.А. Шляков, - бывали нередко такие случаи: съемщик помещения, или квартирохозяин, в виду собственных удобств, в занятом им подвальном помещении перерубал укрепляющия здание железныя связи, подбивал самовольно своды и арки для разширения входных дверей и окон; или квартирохозяин для лучшаго освещения своей квартиры прорубал в капитальной стене новое окно. (При сдаче в наймы промышленникам складов, даже существует обычай права передачи одним лицом другому. Так например, в 1884 г. в подвальных помещениях под Княжиими теремами были одним промышленником, платившим Архиерейскому Дому за палатки 30 р., устроены самовольно перегородки и часть этих палаток он передавал другому лицу с взиманием с него 25 р.!!) Все подобные случаи делались самовольно и лица, нанесшие искажения или существенный вред Государственному памятнику древности, оставались безответственными перед законом". И.А. Шляков указывал на недостаток у Кремлевской комиссии полномочий для того, чтобы противодействовать разрушению памятников.

В 1888 г. комиссия получила официальный статус "Высочайше утвержденной Комиссии по управлению Ростовским кремлем". Ее составили протоиерей Ростовского Успенского собора (П. Фивейский), священник и староста кремлевских церквей (В. Мансветов и А.А. Титов), ростовский городской голова (Ф.Л. Кекин) и представитель Археологического общества, которым по предложению А.А. Титова стал И.А. Шляков. В своей деятельности Комиссия должна была руководствоваться Высочайше утвержденными Правилами и согласовывать свои действия и расходы с губернским Комитетом, который возглавлял архиепископ Ионафан.

Начало деятельности Комиссии совпало с началом реставрации на средства А.Л. Кекина церкви Иоанна Богослова. Московское Археологическое общество особым отношением поручило И.А. Шлякову совместно с А.А. Титовым, а в отсутствие А.А. Титова и единолично осуществлять надзор за работами.

Так И.А. Шляков получил весьма широкие контрольные полномочия. Однако первые же его попытки применить их вызвали резкую реакцию со стороны ярославского Комитета. 18 мая 1888 г. Комиссия утвердила отношение Археологического общества, а уже 4 июня, рассмотрев протокол Комиссии, Комитет дал настоятельную рекомендацию И.А. Шлякову: "лично самому, помимо ярославскаго Комитета, никаких сведений Московскому Археологическому Обществу не доставлять". При этом Комитет был намерен не просто подвергать цензуре, а вовсе пресечь контакты И.А. Шлякова с МАО, рекомендовав ему обращаться за инструкциями по реставрации не в Общество, а к викарному архиерею - преосвященному Амфилохию епископу Угличскому.

Так обозначился конфликт. Истинная основа его и степень остроты становится ясной из некоторых документов, сохранившихся в архиве ростовского музея. В конце июня 1888 г. А.А. Титов и И.А. Шляков подали прошение ярославскому губернатору, в котором сообщили о факте самоуправства председателя Комиссии соборного протоиерея о. Павла Фивейского, который "решился по своему личному произволу переделывать протоколы" заседаний комиссии, исключив из текста заявление И.А. Шлякова и изменив принятое постановление об отдаче в аренду помещений в Кремле. В прошении подчеркнуто, что "самая суть - включение разсчетов по доходам кремля, не разсмотренных еще коммиссией, есть желание самого г. Председателя занимать даром помещение под Воскресенской церковью, что им делается и по настоящее время вопреки параграфу 9 Правил и, к сожалению, в ущерб сохранности прекраснаго памятника XVII в., так как о. Протоиереем в этом помещении устроен погреб, что разрушительным образом действует на стены здания, распространяя в них сырость и вредит олтарной альфресковой живописи".

Таким образом, задачи сохранения древних памятников требовали определенных ограничений их использования, что существенно затрагивало имущественные интересы представителей духовного ведомства - основных держателей арендных статей. Прошение Титова и Шлякова осталось без последствий, и конфликт продолжался до конца 1889 г., когда ситуация достигла критической точки.

20 декабря 1889 г. ярославский Комитет обнародовал Инструкцию, согласно которой любые постановления Комиссии не могли быть исполняемы без утверждения Комитета. На следующий же день И.А. Шляков направил в Комитет свое заявление: "Как член и представитель Императорскаго Московскаго Археологическаго Общества, я не могу отказаться от права сношений с помянутым и другими Обществами по всем специальным вопросам, в которых Губернский Комитет не компетентен и предлагаю глубокоуважаемому Комитету: или просить Московское Археологическое Общество отстранить меня от обязанностей члена Ростовской Кремлевской Коммиссии, или, в силу 14 параграфа Высочайше утвержденных Правил, представить это первое недоразумение Г. Обер-Прокурору Святейшаго Синода, которому в этом случае я буду иметь честь представить свои объяснения".

Характеризуя эту ситуацию в частном письме, И.А. Шляков близок к отчаянию: "Археологическое общество поручило мне наблюдать за постройкой, реставрацией и проч. Ярославская Коммиссия бомбардирует приказаниями не слушаться Археологического общества, не сноситься с ним без спроса и т. п. И мучает меня чиновничьими бумагами за №№ с указаниями на Высочайшие повеления, стращает ослушничеством таковых - просто сил нет возиться с ними хоть бросить все дело. Я готов посвятить все мое время на дорогое мне дело, но пусть не мучают меня отношениями, рапортами и разными кляузами со стороны Архиерея и его комиссии".

23 января 1890 г. И.А. Шляков обращается в Археологическое общество с просьбой освободить его от обязанностей представителя Общества в Кремлевской комиссии. Эта просьба обсуждалась на ежегодном заседании Общества, и 6 апреля 1890 г. И.А. Шлякову была отправлена копия постановления с просьбой не оставлять представительства в Комиссии. "Со своей стороны, - говорится далее в этом документе, подписанном графиней П.С. Уваровой, - Общество также единогласно постановило поставить Преосвященному Ярославскому на вид, что подобныя действия Коммиссии по отношению к вам и подобныя грубыя нарушения Высочайше утвержденных Правил управления Ростовским кремлем заставляют Общество принять крайния меры, дабы подобныя случаи более не повторялись".